VepKar :: Texts

Texts

Return to list | edit | delete | Create a new | history | Statistics | ? Help

Käppi

Käppi

Ludian
Southern Ludian (Svjatozero)
Kedä oli Kapin taluois siit, kudai paluoi?

Käpin taluoiz oli ei äijäd olnu.

Se oli moine, Käpikse kirguttih. Käpid ol’d’ih kädet, käpiz ol’d’ih.

Häi oli Ondr’ovan rodud.

Ondr’ovan Vas’an oli tuatto da se Käppi vel’l’eksed ol’d’ih, Käppi ainos lidnaz izvoššikuoičči.

Nu hänell oli akke, se Pentel’jouna.

Nu a siid vie Tan’a se kuoli, dai Pentel’jouna kuoli, sii häi vie se Käppi nai St’opanounan.

Nu, toin akk oli, entiä kus tuoi.

Moin oli forsovuoi akke, tukat sugiu, da kai ainos käveli.

Siid vie häi otti Mišan D’akum Miikkulan poigakse.

Heil oli kodiine Titovuoid vaste, nu, siid Časoumägeh piäi, nu, pieni kodiine da kai.

Nu a siiten se Käppi kuoli, St’opanouna kuoli da siit.

Niitud da, näge, ende pidi niitud da peldot, k ei olnu ka: se silmät süöi, štob oliiš niitud da peldot ei.

Ka pidäu lähtäi burlakuoiččemah lidnah.

Nu hänen sigä Ondr’ovan üks d’agovuitti da neččida, ka niitud da peldot on vähäine.

Nu se Miikkul sigä häi eli, eli, eli, eli, siid Viidanal nai.

Nu vot, Mašan kera siid zavodittih elädä, siid Maša se kuoli.

Sii häi otti Pelduoižis Pedrin sen D’er’emejevas, Pollin akakse.

Siit hüö sii eletäh Käpin sil pomestal eletäh, eletäh.

Siid entiä kui se Pol’l’i lähti pruaznikale a Miikkul se kulu viinad d’uoi.

Da kai laške mužikke.

Lähtöu kündämäh häi, ka päiväižet hebo ottau ken häntte kazakakse, adran ker seižou peldon randal, a pilveksez magadau.

Ka seg on eläi?

Mužika k s ei ole ni ühte eläi ni kunn ei päde.

Ni burlakakse ei päde, da ni omale hresjansvale ei päde, da ni kunna.

Vot nenga ruadau häi.

Eig olnu hebod, eig olnu lehmät.

Nu siid häi muga ruaduoi, ruaduoi, siid entiä, kui siiten Käppi sidä kodid vie ei pol... siit pol’t’t’i kodin!

Miikkulan aiga kus liennou tulnu keväd miikkull oli.

Pruaznikalg oli vai ej olnu.

Kurii, da siid vieri saraih magata.

Da sütüi, da čut sinnä ei palanu - vedettih rahvas.

Kodi kulu kai paluoi, mi oli lomut, mi oli, ka sih kai palettih muntid i kuntid.

D iččedäh rahvaz vedettih.

Se kodin pol’t’t’i sih, Käpin pomestal.

Vot muga eli.

Nu stroiigo sid d’älgele?

Ei stroittu da ni midä ei.

Mugai d’iäi se sih, da siid iče lähti häi siit burlakuoiččemah.

Mugomad dielod oli.

Lapsid ei olnu?

Ej olnu, ni ked ei olnu.

Кяппи

Russian
Кто жил в доме Кяппи, который сгорел?

В доме Кяппи немного их было.

Он был такой мужик, Кяппи звали.


Руки (пальцы) у него были согнуты.


Он был из рода Ондреван.


Отец Васи Ондреван да этот Кяппи были братья, Кяппи все время в городе был извозчиком.


У него была жена Пантелеевна.


Когда Таня умерла и Пантелеевна умерла, Кяппи женился на Степановне.


Она вторая жена была, не знаю, откуда ее привел.


Такая была форсунья баба, волосы все время расчесывала, да по улице гуляла.


Кяппи усыновил Мийккула Дякун Мишан.

У них был домик напротив Титовых, тут, по направлению к Часовенной горе, ну, маленький домик был.


Ну, а потом Кяппи умер и Степановна умерла.


Раньше нужны были луга да поля: глаза мозолило, если их не было.


Надо было, чтобы они были, иначе уходи бурлачить в город.


При разделе [хозяйства] с братом Васей Ондреван Кяппи получил свою долю, но лугов и полей было немного.

Мийккул там жил, жил, жил, жил, потом в Виданах женился.


Ну, вот, с Машей начали жить, потом Маша умерла.


Он женился в Пелдоже в Педри, взял в жены Еремееву Полли.


Они жили на месте дома Кяппи.


Однажды Полли ушла на праздник, а Мийккул напился.


Он ленивый мужик был.


Если его наймет кто в работники, так пойдет пахать и целый день лошадь с сохой стоит на краю поля, а он спит в тени.


Разве это работник?


Это не работник.


Он ни в батраки не годится, ни на свою крестьянскую работу не годится.


Вот как он работал.


Не было ни лошади, не было ни коровы.


Не знаю, как еще этот Кяппи [дома] работал, работал и чуть его не сжег... потом сжег дом все же.

Это было во время праздника миколы, он откуда-то пришел, весенний миколов день был.


На празднике он был, вроде.


Курил в избе, да потом лег в сарае спать.


Дом загорелся, и он сам чуть не сгорелспас народ.

Домишко сгорел дотла, что было вещей, все барахло сгорело.


И самого народ вытащил.


Так он дом и сжег, этот дом Кяппи.


Вот так жил.


Ну, построил ли дом после?

Не построил.

Так и осталось погорелище, потом сам ушел бурлачить.


Такие были дела.


Детей не было?

Не было, никого не было.