Texts

Return to list | edit | delete | Create a new | history | ? Help

Savina Renata Jurjevna. Ristitun uskond

Savina Renata Jurjevna

Ristitun uskond

Veps
New written Veps
Minun baboi eli vanhas karjalaižes küläs kaiken elon. Hänen elos oli äi jügeduzid, no hän nikonz ei lanktend opalaha. Hän vägesti kaikid jügeduzid. Minä ihastun hänehe. Kerdan minä küzuin baboil, kuspäi hänes om muga äi väged. Baboi sanui: "Minä en sanu Jumalale minun jügeduziš, no minä sanun jügeduzile, miše minäi om Jumal." Minä panin muštho nenid sanoid. Aig mäni, necešpäi virkehespäi sündui sarn, miččen minä omištan baboile.

Ende eli-oli mužik vepslaižes küläs. Hänel oli pert’, ak da lapsed. eliba ilokahašti da kožmuses. Kaik oli huvin. No kerdan heiden pert’he tuli Bed.

Mužik meleti päzuda Bedaspäi. Hän päti poltta Bedan. Mužik päni päč lämhä da taci Bedan päčihe. Ka Bed ei pöl’gastund, hän päzui päčispäi da jäi pert’he.

Siloi mužik meleti kaida Bedan maha. Mužik mäni irdale, oti labidon da kaivoi Bedan maha. Mužik meleti, miše Bed ei voi päzuda maspai. Ka Bed ei pöl’gastund, hän päzui da mäni mužikan pert’he.

Mužik oli käred da hän meleti upotada Bedan järves. Hän mäni Anižen randale da taci Bedan vedehe. Mužik meleti, miše Bed ei voi päzuda vedespäi da läksi kodihe hüviš meliš. Ka Bed pördihe teravas pert’he.

Mužik oli opalas. Hän ištuihe ištimele da itki. Äkkid mužik kulišti kolkotesen uksehe. Mužik avaiži uksen. Kündusel seižui vanh uk. Hänel oli havad kädes.

- Pästa minä öks sinun pert’he, mužik. - pakiči uk.
- Mikš ei? Tule pert’he.
Uk mäni pert’he. Mužik söti da joti ukod. Uk spasiboiči da küzui:
- Mikš sinä oled mugoine opalahine?

Mužik sanoi:
- Mikš minä en iloitelde?
Bed eläb minun pertiš. Minä en voi päzdä hänespäi: minä poltin Bedan, kaivoin maha da upotin järves. Hän ei kolend. Ani minä kadotin toivoit.
Uk sanub:
- Älä sanu Jumalale sinun jügeduziš; a sanu jügeduzile, miše sinäi om Jumal.


Bed kulišti sidä da meleti, miše hän voib ladidas mužikanke, ka hän ei voi ladidas Jumalanke. Bed pöl’gastui da läksi pertišpäi. Ku pertiš eläb uskond, toiv da armastuz, se znamoičeb, miše täs ei ole sijad Bedale.

Савина Рената Юрьевна

Сказка о человеческой вере

Russian
Моя бабушка всю жизнь прожила в старой карельской деревне. Ее жизнь была тяжелой, но она никогда не унывала. Она справлялась со всеми трудностями. Я восхищаюсь ей. Однажды я спросила как ей удается быть такой сильной. Бабушка ответила: "Я не говорю Богу о своих проблемах, а, наоборот, всем своим проблемам я говорю, что со мной Бог". Я запомнила ее слова. Спустя годы из этой фразы у меня родилась сказка, которую я посвящаю памяти моей бабушки.

Жил-был в одной вепсской деревне мужик. У него был дом, жена, дети. Жили они весело и дружно. Всё было хорошо. Но однажды в их доме поселилась Беда.

Мужик стал думать как от этой Беды избавиться. Решил он эту Беду сжечь. Мужик растопил печь и бросил Беду в печь. Но Беда не испугалась, а вылезла из печи и осталась в доме.

Тогда мужик решил закопать Беду в землю. Вышел во двор, взял лопату, выкопал яму и зарыл в ней Беду. Мужик думал, что Беде уж точно из под земли не выбраться. Но Беда не испугалась, выбралась и вернулась домой.

Разозлился мужик и решил Беду в озере утопить. Он вышел на берег Онежского озера и бросил Беду в воду. Мужик решил, что Беде точно не выбраться и довольный пошел домой. Но Беда скоро вернулась в дом.

Совсем опечалился мужик. Он сел на лавку и заплакал. Вдруг слышит стук в дверь. Открыл мужик дверь. На пороге старец стоит. В руках у него мешок.

- Впусти меня, мужик, переночевать. - просит старец.
- Отчего же не пустить? Заходи в дом.
Зашел старец в дом. Мужик накормил и напоил его. Старец поблагодарил его и спрашивает:
- Что-то ты такой невеселый?

Мужик ему отвечает:
- Что же мне веселиться?
Беда в моем доме поселилась. Не могу я от нее никак избавиться: и жёг я ее, и в землю закапывал, в Онежском озере топил. Она всё не погибает. Совсем я отчаялся.
И тогда старец говорит мужику:
- Не говори Богу о своих проблемах, а скажи проблемам, что у тебя есть Бог.


Услышала эти слова Беда и задумалась, ведь с мужиком она справиться сможет, а с Богом ей не тягаться. Испугалась она и убежала из дома навсегда. Ведь в том доме, где живет вера, надежда, любовь - Беде места нет.