Texts

Return to review | Return to list

Endo soudatįšš služiba kaks'tüme viš vot

history

October 23, 2017 in 14:03 Нина Шибанова

  • changed the text
    Detko sanuli: endo soudatįš služiba kaks'tüme viš vot. Oli üks’ prihä nainu, i otiba hänt soudatihe. I dei ak i kahton lapsit’. Ak oli hänou ottut mehelo vištoštüme virstat hänospe. Ajada tedme, ka seiži seičmenduu virstou pagast, bol'še läs nimida iilen. Mužik hänou služi g'o viš vot i koli sigo soudatįš. Saniba akala, hän pahin' veiki. Proidi nedal’, ak val'l'asti hebon i läks’ üksnäzo mamazonlokst kodihe. A lapsit' däti sihe. Ajii mamazonlokst öks. Lasketi hebon, pani tahnalo. Lämbitiba samovaran i ištuihe d'omh'a i veikiba mamazome. Avįt'olose verei, tuloskendob hänon mužik, pagižep akala: – Ajagam kodihe, tari mini nägištada lapsit’, homesuu mini tari uuda častiš. Ak i mamazo hüpähtiba stolan tagape i ištutološkatihe hänt stolan taga, a hän nikut ii ište i ii lähtö tündusonluupe. Nu ak mäni mužikame. Val'l'asti korkh'a hebon i läksiba üu kodihe. Hebo oli nor’. Išttas korg'as i pagištas. Mužik pagižep akala: – Kudan’ paštab, kolli vedab akan. Sina li, moloduha, et vareida mindei? Ak hänlo pagižep: – Mida mini sindei vareita? Sina mini mužik. Tagema ajetas. I hän pagiži ii ühtet terdat, što sina et vareida mindei. I tulosketas pagastahasat’, i mužik pagižep akalo: – Sina siižuhta tägo, a mina zaidun pagastaha ristmähäzo. No i mäni pagastaha, a sigo kol'l'at ii kopatut vuu. Mäni hän i vedolop kollit lavame. Ak kacuhti üuknaha, ka mužik hänon vedolop kollit. Ak hotkemba ištįhe korgh'a i läks’ kodihe lapsidenlokst. A mužik hüppäht’ pagastaspe i tüksoškans’ akan. Ak libįi korg'as siišti i küksop hotkemba hebon. Ak muga nütkib ohg'asiš hebon, miše hotkemba d'oksiš, a mužik d'oksop döukhe i kričip: – Dogadit'! A akou rušihe üks’ ohg'as i voločiše korg'an taga. Mužik iivin haškota ohg'ast, muga tüksi hebon. Aji kodihesat’ siičmen virstat i tanazverejiš valihe hebo bokalo. I koli. A ak südämet fati i mugažo koli korgh'a. Homesuu susedat nägištiba kaks’ koll'at – hebon i akan.

October 23, 2017 in 14:02 Нина Шибанова

  • changed the text
    Detko sanuli: endo soudatįš služiba kaks'tüme viš vot. Oli üks’ prihä nainu, i otiba hänt soudatihe. I dei ak i kahton lapsit’. Ak oli hänou ottut mehelo vištoštüme virstat hänospe. Ajada tedme, ka seiži seičmenduu virstou pagast, bol'še läs nimida iilen. Mužik hänou služi g'o viš vot i koli sigo soudatįš. Saniba akala, hän pahin' veiki. Proidi nedal’, ak val'l'asti hebon i läks’ üksnäzo mamazonlokst kodihe. A lapsit' däti sihe. Ajii mamazonlokst öks. Lasketi hebon, pani tahnalo. Lämbitiba samovaran i ištuihe d'omh'a i veikiba mamazome. Avįt'olose verei, tuloskendob hänon mužik, pagižep akala: – Ajagam kodihe, tari mini nägištada lapsit’, homesuu mini tari uuda častiš. Ak i mamazo hüpähtiba stolan tagape i ištutološkatihe hänt stolan taga, a hän nikut ii ište i ii lähtö tündusonluupe. Nu ak mäni mužikame. Val'l'asti korkh'a hebon i läksiba üu kodihe. Hebo oli nor’. Išttas korg'as i pagištas. Mužik pagižep akala: – Kudan’ paštab, kolli vedab akan. Sina li, moloduha, et vareida mindei? Ak hänlo pagižep: – Mida mini sindei vareita? Sina mini mužik. Tagema ajetas. I hän pagiži ii ühtet terdat, što sina et vareida mindei. I tulosketas pagastahasat’, i mužik pagižep akalo: – Sina siižuhta tägo, a mina zaidun pagastaha ristmähäzo. No i mäni pagastaha, a sigo kol'l'at ii kopatut vuu. Mäni hän i vedolop kollit lavame. Ak kacuhti üuknaha, ka mužik hänon vedolop kollit. Ak hotkemba ištįhe korgh'a i läks’ kodihe lapsidenlokst. A mužik hüppäht’ pagastaspe i tüksoškans’ akan. Ak libįi korg'as siišti i küksop hotkemba hebon. Ak muga nütkib ohg'asiš hebon, miše hotkemba d'oksiš, a mužik d'oksop döukhe i kričip: – Dogadit'! A akou rušihe üks’ ohg'as i voločiše korg'an taga. Mužik iivin haškota ohg'ast, muga tüksi hebon. Aji kodihesat’ siičmen virstat i tanazverejiš valihe hebo bokalo. I koli. A ak südämet fati i mugažo koli korgh'a. Homesuu susedat nägištiba kaks’ koll'at – hebon i akan.

October 23, 2017 in 14:02 Нина Шибанова

  • changed the text of the translation
    Дед рассказывал: раньше служили в солдатах двадцать пять лет. Один парень был женат, и его взяли в солдаты. Осталась жена и двое детей. Жена его была взята замуж за пятнадцать километров от них. Ехать по дороге – то на седьмом километре стояла церковь, больше поблизости ничего не было. Муж ее служил пять лет и там, в солдатах, и умер. Сказали жене, она очень плакала. Прошла неделя, жена запрягла лошадь и одна поехала домой к матери. А детей оставила тут. Приехала к матери к ночи. Распрягла лошадь, поставила на двор. Согрели самовар, сели пить и заплакали они с матерью. Открывается дверь, входит ее муж и говорит жене: – Поедем домой, мне хочется увидеть детей, а утром мне нужно снова быть в части. Жена и мать ее вскочили из-за стола и начали усаживать его за стол, а он никак не садится и не уходит с порога. Ну, жена и поехала с мужем. Запрягла лошадь, и поехали ночью домой. Лошадь была молодая. Сидят они в санях и разговаривают. Муж говорит жене: – Луна светит, покойник везет жену. Ты, молодуха, не боишься меня? Жена ему говорит: – Что мне тебя бояться? Ты же мне муж. Едут дальше. И он не однажды спрашивает, что «боишься ли ты меня?». Подъезжают к церкви, муж и говорит жене: – Ты постой тут немного, а я зайду в церковь помолиться. И вошел в церковь, а там были мертвецы, еще не захороненные. Идет он и вытаскивает всех мертвецов на пол. Жена посмотрела в окно: муж таскает мертвецов. Жена скорее села в сани и поехала домой к детям. А муж выскочил из церкви и начал догонять жену. Жена в санях стоя встала и гонит быстрее лошадь. Жена дергает за вожжи, чтобы лошадь быстрее бежала, а муж бежит следом и кричит: – Догадалась! А тут развязалась одна вожжа и волочится позади саней. Муж не может перешагнуть вожжи, а гонится за лошадью. Она мчалась до дому семь километров, и у ворот двора лошадь повалилась на бок. И сдохла. А жена схватилась за сердце и тоже умерла в санях. Утром соседи увидели двух мертвых – лошадь и женщину.

October 23, 2017 in 14:01 Нина Шибанова

  • changed the text of the translation
    Дед рассказывал: раньше служили в солдатах двадцать пять лет. Один парень был женат, и его взяли в солдаты. Осталась жена и двое детей. Жена его была взята замуж за пятнадцать километров от них. Ехать по дороге – то на седьмом километре стояла церковь, больше поблизости ничего не было. Муж ее служил пять лет и там, в солдатах, и умер. Сказали жене, она очень плакала. Прошла неделя, жена запрягла лошадь и одна поехала домой к матери. А детей оставила тут. Приехала к матери к ночи, распрягла. Распрягла лошадь, поставила на двор. Согрели самовар, сели пить и заплакали они с матерью. Открывается дверь, входит ее муж и говорит жене: – Поедем домой, мне хочется увидеть детей, а утром мне нужно снова быть в части. Жена и мать ее вскочили из-за стола и начали усаживать его за стол, а он никак не садится и не уходит с порога. Ну, жена и поехала с мужем. Запрягла лошадь, и поехали ночью домой. Лошадь была молодая. Сидят они в санях и разговаривают. Муж говорит жене: – Луна светит, покойник везет жену. Ты, молодуха, не боишься меня? Жена ему говорит: – Что мне тебя бояться? Ты же мне муж. Едут дальше. И он не однажды спрашивает, что «боишься ли ты меня?». Подъезжают к церкви, муж и говорит жене: – Ты постой тут немного, а я зайду в церковь помолиться. И вошел в церковь, а там были мертвецы, еще не захороненные. Идет он и вытаскивает всех мертвецов на пол. Жена посмотрела в окно: муж таскает мертвецов. Жена скорее села в сани и поехала домой к детям. А муж выскочил из церкви и начал догонять жену. Жена в санях стоя встала и гонит быстрее лошадь. Жена дергает за вожжи, чтобы лошадь быстрее бежала, а муж бежит следом и кричит: – Догадалась! А тут развязалась одна вожжа и волочится позади саней. Муж не может перешагнуть вожжи, а гонится за лошадью. Она мчалась до дому семь километров, и у ворот двора лошадь повалилась на бок. И сдохла. А жена схватилась за сердце и тоже умерла в санях. Утром соседи увидели двух мертвых – лошадь и женщину.

October 23, 2017 in 14:00 Нина Шибанова

  • changed the text
    Detko sanuli. Endo: endo soudatįš služiba kaks'tüme viš vot. Oli üks’ prihä nainu, i otiba hänt soudatihe. I dei ak i kahton lapsit’. Ak oli hänou ottut mehelo vištoštüme virstat hänospe. Ajada tedme, ka seiži seičmenduu virstou pagast, bol'še läs nimida iilen. Mužik hänou služi g'o viš vot i koli sigo soudatįš. Saniba akala, hän pahin' veiki. Proidi nedal’, ak val'l'asti hebon i läks’ üksnäzo mamazonlokst kodihe. A lapsit' däti sihe. Ajii mamazonlokst öks. Lasketi hebon, pani tahnalo. Lämbitiba samovaran i ištuihe d'omh'a i veikiba mamazome. Avįt'olose verei, tuloskendob hänon mužik, pagižep akala: – Ajagam kodihe, tari mini nägištada lapsit’, homesuu mini tari uuda častiš. Ak i mamazo hüpähtiba stolan tagape i ištutološkatihe hänt stolan taga, a hän nikut ii ište i ii lähtö tündusonluupe. Nu ak mäni mužikame, val'l'asti. Val'l'asti korkh'a hebon i läksiba üu kodihe. Hebo oli nor’. Išttas korg'as i pagištas. Mužik pagižep akala: – Kudan’ paštab, kolli vedab akan. Sina li, moloduha, et vareida mindei? Ak hänlo pagižep: – Mida mini sindei vareita? Sina mini mužik. Tagema ajetas, i. I hän pagiži ii ühtet terdat, što sina et vareida mindei. I tulosketas pagastahasat’, i mužik pagižep akalo: – Sina siižuhta tägo, a mina zaidun pagastaha ristmähäzo. No i mäni pagastaha, a sigo kol'l'at ii kopatut vuu. Mäni hän i vedolop kollit lavame. Ak kacuhti üuknaha, ka mužik hänon vedolop kollit. Ak hotkemba ištįhe korgh'a i läks’ kodihe lapsidenlokst. A mužik hüppäht’ pagastaspe i tüksoškans’ akan. Ak libįi korg'as siišti i küksop hotkemba hebon. Ak muga nütkib ohg'asiš hebon, miše hotkemba d'oksiš, a mužik d'oksop döukhe i kričip: – Dogadit'! A akou rušihe üks’ ohg'as i voločiše korg'an taga. Mužik iivin haškota ohg'ast, muga tüksi hebon. Aji kodihesat’ siičmen virstat i tanazverejiš valihe hebo bokalo. I koli. A ak südämet fati i mugažo koli korgh'a. Homesuu susedat nägištiba kaks’ koll'at – hebon i akan.

October 23, 2017 in 14:00 Нина Шибанова

  • changed the text of the translation
    Дед рассказывал: раньше служили в солдатах двадцать пять лет. Один парень был женат, и его взяли в солдаты. Осталась жена и двое детей. Жена его была взята замуж за пятнадцать километров от них. Ехать по дороге – то на седьмом километре стояла церковь, больше поблизости ничего не было. Муж ее служил пять лет и там, в солдатах, и умер. Сказали жене, она очень плакала. Прошла неделя, жена запрягла лошадь и одна поехала домой к матери. А детей оставила тут. Приехала к матери к ночи, распрягла лошадь, поставила на двор. Согрели самовар, сели пить и заплакали они с матерью. Открывается дверь, входит ее муж и говорит жене: – Поедем домой, мне хочется увидеть детей, а утром мне нужно снова быть в части. Жена и мать ее вскочили из-за стола и начали усаживать его за стол, а он никак не садится и не уходит с порога. Ну, жена и поехала с мужем. Запрягла лошадь, и поехали ночью домой. Лошадь была молодая. Сидят они в санях и разговаривают. Муж говорит жене: – Луна светит, покойник везет жену. Ты, молодуха, не боишься меня? Жена ему говорит: – Что мне тебя бояться? Ты же мне муж. Едут дальше. И он не однажды спрашивает, что «боишься ли ты меня?». Подъезжают к церкви, муж и говорит жене: – Ты постой тут немного, а я зайду в церковь помолиться. И вошел в церковь, а там были мертвецы, еще не захороненные. Идет он и вытаскивает всех мертвецов на пол. Жена посмотрела в окно: муж таскает мертвецов. Жена скорее села в сани и поехала домой к детям. А муж выскочил из церкви и начал догонять жену. Жена в санях стоя встала и гонит быстрее лошадь. Жена дергает за вожжи, чтобы лошадь быстрее бежала, а муж бежит следом и кричит: – Догадалась! А тут развязалась одна вожжа и волочится позади саней. Муж не может перешагнуть вожжи, а гонится за лошадью. Она мчалась до дому семь километров, и у ворот двора лошадь повалилась на бок. И сдохла. А жена схватилась за сердце и тоже умерла в санях. Утром соседи увидели двух мертвых – лошадь и женщину.

October 18, 2016 in 19:24 Nataly Krizhanovsky

  • changed the title
    from Endo soudatįšš služiba kaks\'tüme viš vot
    to Endo soudatįšš služiba kaks'tüme viš vot
  • changed the text
    Detko sanuli. Endo soudatįš služiba kaks\'tümekaks'tüme viš vot. Oli üks’ prihä nainu, i otiba hänt soudatihe. I dei ak i kahton lapsit’. Ak oli hänou ottut mehelo vištoštüme virstat hänospe. Ajada tedme, ka seiži seičmenduu virstou pagast, bol\'šebol'še läs nimida iilen. Mužik hänou služi g\'og'o viš vot i koli sigo soudatįš. Saniba akala, hän pahin\' veiki. Proidi nedal’, ak val\'l\'astival'l'asti hebon i läks’ üksnäzo mamazonlokst kodihe. A lapsit\' däti sihe. Ajii mamazonlokst öks. Lasketi hebon, pani tahnalo. Lämbitiba samovaran i ištuihe d\'omh\'ad'omh'a i veikiba mamazome. Avįt\'oloseAvįt'olose verei, tuloskendob hänon mužik, pagižep akala: – Ajagam kodihe, tari mini nägištada lapsit’, homesuu mini tari uuda častiš. Ak i mamazo hüpähtiba stolan tagape i ištutološkatihe hänt stolan taga, a hän nikut ii ište i ii lähtö tündusonluupe. Nu ak mäni mužikame, val\'l\'asti korkh\'aval'l'asti korkh'a hebon i läksiba üu kodihe. Hebo oli nor’. Išttas korg\'askorg'as i pagištas. Mužik pagižep akala: – Kudan’ paštab, kolli vedab akan. Sina li, moloduha, et vareida mindei? Ak hänlo pagižep: – Mida mini sindei vareita? Sina mini mužik. Tagema ajetas, i hän pagiži ii ühtet terdat, što sina et vareida mindei. I tulosketas pagastahasat’, i mužik pagižep akalo: – Sina siižuhta tägo, a mina zaidun pagastaha ristmähäzo. No i mäni pagastaha, a sigo kol\'l\'atkol'l'at ii kopatut vuu. Mäni hän i vedolop kollit lavame. Ak kacuhti üuknaha, ka mužik hänon vedolop kollit. Ak hotkemba ištįhe korgh\'akorgh'a i läks’ kodihe lapsidenlokst. A mužik hüppäht’ pagastaspe i tüksoškans’ akan. Ak libįi korg\'askorg'as siišti i küksop hotkemba hebon. Ak muga nütkib ohg\'asišohg'asiš hebon, miše hotkemba d\'oksišd'oksiš, a mužik d\'oksopd'oksop döukhe i kričip: – Dogadit\'! A akou rušihe üks’ ohg\'asohg'as i voločiše korg\'ankorg'an taga. Mužik iivin haškota ohg\'astohg'ast, muga tüksi hebon. Aji kodihesat’ siičmen virstat i tanazverejiš valihe hebo bokalo. I koli. A ak südämet fati i mugažo koli korgh\'akorgh'a. Homesuu susedat nägištiba kaks’ koll\'atkoll'at – hebon i akan.