Texts

Return to list | edit | delete | history | ? Help

Makarovan pereh

Corpus: Dialectal texts

Southern Ludian (Svjatozero)

Informant(s): Баранцева Анна Игнатьевна, 1895, Пелдожа (Pelduoižen külä), Prjazhinsky District, Republic of Karelia
recording place: Петрозаводск, Republic of Karelia, year of recording: 1969
recorded: Баранцев Александр Павлович

Source: А.П. Баранцев, Образцы людиковской речи. Образцы корпуса людиковского идиолекта, (1978), p. 108-109
audio archive of ILLH, KarRC RAS: №1379/17

Makarovan pereh
(Ludian)

Nu otamme nügu Makarovan perehen.

Makarovan perehez oli...

Ei tobd’e pereh olnu.


Starikke oli (muštam minä eno hüvin) ainos burlakuoičči Puudogas, Ol’ešakse kučuttih.


Siit ku müö nenga rubedamme häi kolhozuoid da kai kävelemmäh, sid meile sanou sanou kaikket sanou, müö kundelemme.


Nu heil oli vai ku tütärtte kaks kaks poigad oli.


Oli häi otettu, Maksimounaks kirguttih, Maksimouna Ouduoikse, Ouduoi Maksimouna.


En tiä, kuz oli otettu se häi, neče se kui se Ol’ešan akke Makarovan entiä kus, heil oli poige Iivan, toine oli D’oška, tütär oli F’en’a i se toine tütär oli Martte.


Nel’l’äiš heil lapsi, Martaks kirguttih li Mašaks libo miks tahto.


Iivanad voinile tapettih, a Fen’a mäni Riiselgäh miehele, Osipan taluois oli.


A Maša neidišti, neidišti, siid häi mäni lidnah miehele leskele tožo.


A D’oška siid üksin kač.


Muamah, tattah (tattah = tuattah) kuol’t’t’ih, tožo eli, eli eigo nainu eigo dai ičegi kuoli.


Da muga sih kodi se d’iäi.


Maša se müöi kodid, net parded dai kai pogostale, ei nečikse halgokse.


Nu da siid ned d’eńgad otti se Maša, nuorin tütär, a muu.


Kai pereloimu heiden sih i lopiiheze, enämbi ni ej olnuni sluuhu, ni duuhu, enämbäd ni kedäni midä.

Семья Макарова
(Russian)

Ну, возьмем теперь семью Макарова.

В семье Макарова было...

Небольшая семья была.


Старик (помню его очень хорошо) всегда бурлачил в Пудоже, Олёшей звали его.


Когда мы работали в колхозе, то он нам все время рассказывал, всего, всего наговорит, а мы слушаем.


У них было только две дочери и два сына.

Жену Максимовной звали, Оудуой, Оудуой Максимовна.


Не знаю, откуда была взята жена Олёши Макарова, а сына одного звали Иван, второго Дёшка, дочь была Феня, вторая дачь Мартта.


Она четвертым ребенком у них была, Мартой звали или Машей или как, не помню.


Ивана на войне убили, а Феня вышла в Ригсельгу замуж, в доме Осипан была замужем.


Маша долго была в девках, а потом вышла замуж в городе за вдовца.


А Дёшка один жил.


Его мать и отец умерли, а он тоже долго не женился, а после так и умер.


Дом их остался [пустовать].


После Маша продала дом в погост на бревна и на дрова.


Деньги взяла младшая дочь Маша, а другая...


Тут и вся их семья, больше никого не было.