Texts

Return to list | edit | delete | history | ? Help

Kuin talvella nuoriz’o gul’aijah

Corpus: Dialectal texts

Tolmachi

Informant(s): Khvalova Paraskovya Vasilyevna, 1900, Малое Нивище (Piеni Kaškipuwsta), Spirovsky district, Tverskaya (Kalininskaya) Oblast
recording place: Малое Нивище (Piеni Kaškipuwsta), Spirovsky district, Tverskaya (Kalininskaya) Oblast, year of recording: 1960
recorded: Тарасов В.П., Filatov N.P.

Source: Г.Н. Макаров, Образцы карельской речи. Калининские говоры, (1963), p. 102-104
audio archive of ILLH, KarRC RAS: №131/8

Kuin talvella nuoriz’o gul’aijah
(Karelian Proper)

Ved’en’iešta šua [4.XII], toko, l’äks’imä da Roštuoh šuah [7.I] kävimä omah kyl’äh, nagole kuožal’iloinken, kez’räimmä.

Nu, kel’l’ä kuin’ ken, kon’ešno, ol’i znakom, že briha tul’i šil’l’yöh.


Kezriät i pagizet, i kodvazen, kadrel’ie kizuat i tuaš, no staraiččima kezrät’ä, što ois’ kolme värt’iniä kod’ih prestuavittu.


A Roštuošta l’äht’iet’äh zbornoit.

L’äht’iet’äh zbornoit, tullah zbornoiloih.


Ka enžimän’e ka t’iäl’ä Kaškipuwsalla zbornoi, toin’e ka Vas’l’eista (14.I) Prudovoilla.


Šiel’ä, nu ew, n’e ob’ezat’el’no yheššä kyl’äššä, bivajet i kahešša kerdah.


Ka kerät’äh aigah čolovek dvatsat’.


Ka otetah kakši-kolme, mi on, hevos’t’a, jed’inol’ičnoit hebozet oldih.


Val’l’aštaw tuatto, l’ibo vel’l’et, hebozet i l’äht’iet’äh gos’t’ie keriämäh.


Kerät’äh, gos’t’at tullah.


Varuššetah, i l’iew s’em časow, l’ähemmä bes’owdah.


L’ähet bes’owdah.


Olet illan šiel’ä bes’owdašša.


Tulet, možot, pät’-četir’e huomnešta kod’ih.


Päivän maguat, et päiviä, do d’es’t’i huomnešta maguat päiviä, šiid’ä l’ähemmä tuaš päiväbes’owdah.


Päiväl’l’ä bes’owdah mänet...


Ken kel’l’ä tuaš on znakom, tuašen šiel’ä kizuat, al’i issut, al’i mid’ä.


A illalla ka n’i konža ei t’yt’t’ö eččin brihua, a briha, brat, miel’d’y jes’l’i miwh, n’iin t’yön’d’i kenen n’i buit’en kuččumah.


Mie jes’l’i kun n’e želaju, n’iin šanon: ”N’et, en l’ähe“.


Toizen kuččuw, kolmannen.


Ka mudualla brihalla ei šua i kuččuo n’i ked’ä, n’i ken hänel’l’ä ei l’ähe.


A kel’l’ä kuin želat’el’no, l’ähet.


Mänet, kodvazen iššut, et miel’d’ynne, ei paissun, da otat da uijit pihalla, da toizella istuočet, dai...


A gos’t’ista obezat’el’no tuatto tul’i järel’l’äh ottamah kod’ih.

Kaiken pyhänkeššen ka n’iin nagole i gul’aiččima Muas’l’enčah šua.


Muas’l’en’čana ka ol’i Kozlovalalla ves’ma šuwr’i gul’anka heboz’illa.


Zbruwjat ves’ma hyvät.


Šuor’iečet, ka yl’či päivän ajelet šiel’ä, aivin jo jäl’gi-jäl’geh nagolo hevos’t’a ajat.


Šuwr’ipyhä l’ien’it’uk!


N’i ken n’i kunne: gul’avo proid’i keviäh šua.


Keviä l’ein’i, ka Äijäštäpäiviä.


Ka Äijäpäivä l’ien’ituaš rahvaš kaikin pihoilla, nu vain emmä ollun yl’či yöd’ä: žiivatta kyl’ähi t’yt’öt kod’ih.


Yl’či pyhätpäivät gul’aiččima, kaikki pruaz’n’iekkapäiväzet gul’aiččima, nu joi yöl’öid’ä emmä gul’ainun, kuin n’yt.


A žiivatta kod’ihi t’yt’t’ö kod’ih, a kuin vain opozdaičetdai et popad’ii kod’ih.

Как зимой молодежь гуляет
(Russian)

С Веденья [4.XII], бывало, начали, да до Рождества [7.I] ходили в свою деревню, все с прялками, пряли.

Ну, коли у кого [у девушек] кто [из парней], конечно, был знаком, тот парень приходил к той.


[Сама] прядешь и разговариваешь [с парнем], и недолго кадриль танцуешь, и снова, но старались прясть, чтобы три полных веретена было бы домой представлено.


А с Рождества начнутся сборища.

Пойдут сборища, придут на сборище.


Вот первое, вот здесь в Малом Нивище сборище, второе вот с Васильева дня [14.I] в Прудовке.


Там, ну нет, не обязательно в одной деревне, бывает и в других деревнях сразу.


Вот, соберутся иногда человек двадцать.


Вот возьмут две-три [лошади], сколько есть лошадей, единолично лошади были.


Запряжет лошадей отец, или братья, и отправятся собирать гостей.


Соберут, гости приедут.


[Дома] настряпают, и [как] будет семь часов, пойдем на беседу.


Пойдешь на беседу.


Пробудешь целый вечер там, на беседе.


Придешь, может быть, в пять-четыре [часа] утра домой.


День [днем] поспишь недолго, до десяти утра поспишь, потом отправляемся снова на дневную беседу.


Днем на беседу пойдешь...


Кто кому [с кем] опять знаком, снова там играешь, или сидишь [с ним], или что.


А вечером вот никогда девушка парня не искала, а парень, брат, если в меня влюбился, то послал кого-либо приглашать [меня].


Я если как не желаю, то скажу: «Нет, не пойду».


Вторую [девушку] пригласит, третью.


Вот некоторым парням не удастся никого пригласить, никто с ним не пойдет.


А к кому желательно [идти], пойдешь.


Придешь, немножко посидишь, если [тебе] не понравится, нe разговорчивый [парень], возьмешь да убежишь на улицу, да с другим и сядешь, да и...


А из гостей обязательно отец приезжал брать обратно домой.

Весь мясоед вот так все и гуляли до Масленицы.


Вот в масленицу в Козлове было очень большое гулянье [катанье] на лошадях.


Сбруя (в оригинале множественное число) очень хорошая.


Оденешься [нарядно], вот целый день и катаешься там, вот друг за другом (‘след в след’) едешьвсё лошади.


Великий пост наступилтюк!


Никто никуда: гулянка кончилась (‘прошла’) до весны.


Весна настала, вот с Пасхи [весна].


Вот Пасха насталаопять весь народ на улицу, ну вот ночей напролет [на улице] не были: скот в деревнюи девушка домой.


Все воскресные дни гуляли, всё праздничные денечки гуляли, ну а ночей [напролет] не гуляли, как теперь.


А скот домойи девушка домой, а если только опоздайда и домой не попадешь.