Miän baba pagiz’i...
Karelian Proper
Tolmachi
Miän baba pagiz’i, što t’äššä l’itva proid’i.
Myö kyzyimmä mečäššä: „Mol, baba, mid’ä t’äššä ollah goruškat Kuwt’t’ilogazella (Kuwt’t’i – kuin lodkan’e, kuin plotta luajittu lawvoista, pruavitah dubinoilla)?”.
(On Voločkah päin Širokovan dori̮galla).
Baba šano, što t’äššä, lapšet, l’itva proid’i, on kaznat zaroidu.
A mänt’ie mid’ä šiel’ä on, krugom on šuo.
Mis’s’ä ollah goruškat, šiel’ä päin Vuaran kyl’ä, al’i L’itva.
Venakokši šanotah „F’odorof dvor”, a karielakši kučutah Vuara.
Vuara-kyl’ä on šuwr’i i srojieččieččen goralla, al’i šärkäl’l’ä.
Vuarašša ollah venakot i paissešša t’an’it’ah: Van’a-a!
Vuarah myö ajel’ima kataimah Muas’l’enčana.
Katka šiel’ä on, kyl’ä ol’i äijäl’d’i šuwr’i, ka en ollun šiel’ä jo vuotta viiz’itoista: az’ieda ei ollun, a gul’aimah vahna et l’ähe.
Ka l’ähet Ivan’kovalda Širokovalla dorogua myöt’en oigiella kiäl’l’ä on gora L’innanšein’ä.
Mint’äh kučutah L’innanšein’äkši – en t’iä.
N’yt’t’en lapšet kävel’l’äh vavarnoh L’innanšeinäl’l’ä.
En t’iä, ongo iel’l’ä meččä al’i jo on l’eikattu.
Männievuodena čikko n’ägi un’issa L’innanšein’iä: bitto bi šiel’ä el’et’äh voinalla otetuot brihat.
Hyö aššutah, aššutah jovella.
Čikko kyžy: ,,Mis’t’ä t’yö oletta, mis’t’ä aššutta?“.
Hyö šanotah: „Myö el’ämmä L’innanšein’äl’l’ä, aššumma šil’mie pežemäh Čamkalla“.
(Jovut on, ruwčča pikkurun’e).
Наша бабушка говорила..
Russian
Наша бабушка говорила, что здесь проходила литва.
Мы в лесу спрашивали: «Мол, баба, почему здесь горушки на Куутти-лога (Куутти – это лодочка или плот, сделанный из досок, правят жердью)?».
(Находится в стороне Вышнего Волочка на Широковской дороге).
Бабушка говорила, что здесь, дети, литва прошла, казны зарыты.
А поди знай, что там имеется, кругом болото.
Где горушки, в той стороне деревня Вуара [Гора], или Литва.
По-русски называют Федоров двор, а по-карельски Вуара.
Деревня Вуара большая, и построилась [она] на горе, или возвышенности.
В Вуаре живут русские, и когда они говорят, то тянут (слова): Ваня-а!
В Вуара мы ездили кататься в Масленицу, там каток.
Деревня была очень большая, вот не была там уже лет пятнадцать: дéла не было, а гулять старая не пойдешь.
Вот с Иванькова пойдешь в Широково по дороге: по правой руке гора Линнаншейня [Городская стена].
Почему называют Линнаншейня – не знаю.
Теперь дети ходят туда за малиной, на Линнаншейня.
Не знаю, есть ли там лес или уже вырублен.
В прошлом году сестра во сне видела Линнаншейня: будто бы там живут парни, взятые на войну.
Они идут и идут на речку.
Сестра спрашивает: «Откуда вы, откуда шагаете?».
Они отвечают: «Мы живем в Линнаншейня, идем умываться на Чамку».
(Речка такая, ручеек небольшой есть).
