VepKar :: Texts

Texts

Return to list | edit | delete | Create a new | history | Statistics | ? Help

Iäl’l’ ol’ primetku

Iäl’l’ ol’ primetku

Karelian Proper
Dyorzha
Da, Šuur’ n’el’l’äšpäiv. Ran’š lugittih što täm päiv on, velgah ei pi andu n’imid, i možiw ottu spooros’t’in, l’eiväšš al’i ruavošš, il’i mis’s’äm but’t’en i viäl’. Vot ka oldih ran’š pr’imitat. Patom ruavettih viäl’, ruis’ kun ker’giw i muwven akk howkkan’ l’ähtöw, kaiken pellon i ophvat’t’iw ka čir’pil’l’. Vot. L’eikkuw l’eikkuw tähkät kaikk šub, a täšš ken dogd’iw, šanow: "Ka on spooros’t otettu, r’ikott on, da. R’ikoš on täšš koh, otett on spooros’t l’eiväšt". Ka n’ed n’äil’l’ i zan’maičičettih. Patom maijošš baluidih, vot. Šiäl’ prawd ol’ al’ ei, a s’ož ol’, takije slučai oldih.

Staraidih mid’ ollow luad’ie? Da?

Daa, što ottua hänešt maid, štob hänel’l’ maidu ei ois’ a miwl ois’i. Meil’ ol’i yks’i tal, akk hiän, šanottih što t’iäd’. A jo miwl šanel’i hiän moržim. Šanow: "Ka my (heil’ ol’ kakš per’t’i, yks’ ol’ tyhji) ka tyhjäšš, šanow, - my oman urhonken magaimm, ka kr’inkat kaikk šub ei ow kumulleh, a šeiz’tah kaikk. Huamnekšell nowžemm kaik kr’inkat nal’eid maijoll. A mis’t otettu maidua? My dogdaičičimm urhonken, emm ruven i šyämäh maidua".

Žiivatašta tože mahettih roduo ottua?

D mahettih kan’ešn i žiivtašt. Žiivtašt on t’iijät kuin? Ei i otet, a proste k, jesl’id kel’l’ on šil’m muan’e, ka žuadnoi šil’m, da, to hin možiw. Hin eij ot, a možiw kačahtua i šuwdlow kaikk šub. Ei l’i šiwl n’i vuannu, n’imid. Jesl’id vuannoin pil’l’ kačahtaw, vuannoist zuaves’t’ ottaw, št ah! Hänel’l’ ka äij on vuannua äiji on lammašt. Vot takije oldih slučaji, täm vain ken on žuadnoi.

A kuin ka pid’i vaššata n’äid’ä kaikkie rikokšie?

Vaššata? A mil’l’ ši vaštut? ä mil’l’ vaššat? Vet’ hy ei šanot što ruwtah r’ikošt r’ikošt ruadmah.

Kuin pid’i andua velgah, štobi ei andua spooros’t’ie?

A kuin ši? Kuin ši annat? Annat i annat hot’ l’eivän. Ka žiivattu oššat, jesl’i do ken žal’eiččow, to žiivatl’is’t et zaved’, da, et zaved’. Jo täm. Meil’ ka täšš Stogovan Man’k vašt ošt l’ehmän i okl’eič l’ehm.

Nu a jesl’i kaz’in poigua otat?

Štob ois’ hyv kaz’i? Pidäw andu il’ kopeikkan’ il’ kakš il’i kymmenen kopeikais’t.

A n’ieglua ei annettu vaštah?

I n’iaglua annettih. N’iaglu ka en t’iiji min tokku annettih, a annettih n’iaglais’t.

Žiivatta ei mäne, ewle roduo?

D ka ken t’iädäw, kuin täm on az’i? Voit šanu što voržeik, a et ol i voržeik. Yhel’l’ miän tän vuaden, ka vašt tän vuden, ei šuunun lambhii kod’ih zagn’i, ei šuunun ka kod’ih! Ei šu zagn’aij, i pihall muattih i ka, a hin miwl on ris’t’t’yt’är’, tul’i: "Ris’tmam, ei šu lambhii zagn’i, mid ruadu?" Mi šanon: "D el’ ši muakkuč, l’eikku kan’n’ikkan’ l’eibiä i pan šualua, i pan pačhan piäl’l’ tanhuh". I pan’i i šin’pin i zagon’. I tuldih lambhat, tuldih da. I ka mytyš, mi en t’iji n’imid.

A jesl’i žiivatta meččäh jiäw?

Nu da, täm jo mečč pidäw, mečč pidäw. Mečäšt kuateldih meil’ akat. Ol’i i ukko yks’ kuattel’.

A konža šanotah meččä, kuh aigah toko meččä pid’äw?

A mečč? D kežäl’l’. Kuh aigu? L’uboih aigah mečč pidäw. Da. A kuatlet, hin i otpust’iw i viid’iw važ al’ l’ehm al’ mi n’i jes’. Da. I n’iät i n’iät a ajuw ei šua. Daa. A šid tulow. Kuatellah mečäšt, a jo mid pais’s’ah, en t’iiji.

Bivajet, što l’ehmä kandaw meččäh da šinne i jiäw?

Bivajit, i tän vuden ol’ meil’ muan’ az’i.

I viikon ol’i?

D ei ollun viikkua, tois’pin i l’öwvettih. Yän magai i tois’pin l’öwvettih i tuadih kod’ih.

A kun l’ehmä kandaw mečäššä?

Šinn jiäw da važan’ zavd’iw imi l’ehmi, imöw. A patom l’ypšiw, kod’ih tuwvah, l’ypšmäh ruvtah.

Ka pr’ivikn’iw imie l’ehmiä?

D hin privikn’iw. Jesl’id kumban’ važ stuadašš imöw l’ehmi, n’äil’l’ važzill ruatah namordn’ikzi nuagloinken štob l’ehm ei andais’ imiä. Kuin rubiw tolkaimah, hin i pistäw šinn, l’ehm ei i an imiä.

Punzhina, Aleksandra V.

Прежде были приметы

Russian
Да, Великий четверг. Раньше считали, что в этот день в долг не следует давать ничего, и можно забрать удачу в хлебе или работе. Вот ведь были прежде приметы. Затем проделывали ещё [такое]: рожь как созреет, иная дурная старуха пойдёт и всё [чужое] поле "пережнёт" серпом. Вот. Срезает, срезает серпом все колосья, тут кто увидит и скажет: "Вот спорость забрана, порчено, да. Порча на этом месте, спорость с хлеба забрана". Те вот этим и занимались. Потом с молоком проделывали (‘баловались’), вот. Правда там или нет, а всё же бывало, такие случаи были.

Старались что-либо сделать? Да?

Да, старались перенести от него молока, чтоб у него молока не было, а было бы у меня. Был у нас один дом, говорили, что их старуха умела (‘знала’). А мне уже их невестка рассказывала. Говорит: "Вот мы (у них было две избы, одна была пустая) в пустой [избе], – говорит, – со своим мужем спали, вот все кринки стоят не опрокинуты. Утром встаёмвсе кринки наполнены молоком. А молоко откуда взято? Мы с мужем догадались, не стали и есть молока".

И от скотины умели отобрать породу?

Да, умели и от скота, конечно. От скотины знаешь как? И не "забирали", а просто у кого такой глаз, завистливый (‘жадный’) глаз, так он может. Он и не "заберёт", а может посмотреть и сглазить всё. У тебя не будет ни ягнят, ничего. Если глянет на ягнят, зависть из-за ягнят пробрала: ах! У него вот много ягнят, много овец. Такие вот случаи бывали. Это только те, кто завистливый.

А как вот надо было отвести такую порчу?

Отвести? А чем ты отведёшь? Ведь они не скажут, что будут порчу напускать, порчу [творить].

Как надо было отдавать в долг, чтоб не передать [и] удачливости?

А как? Как ты отдашь? Отдашь, отдашь хоть хлеб [...]. Вот покупаешь скотину, если кто жалеет [продать], то животиной не заведёшься. Это уж [так]. Вот у нас тут Стогова Манька только что купила корову, а корова и околела.

Ну, а если берёшь котёнка?

И чтобы кошка была бы хорошая? Нужно дать или копейку, или две, или десять копеечек.

А иголку не давали в обмен?

И иголку давали. Вот из-за чего иголку давалине знаю, но иголочку отдавали.

Со скотом не везёт, нет [хорошей] породы?

Да кто же знает, в чём тут (‘как это’) дело? Можно сказать, что от ворожеи, а [ты] и не ворожея. У одной нашей [деревенской] в этом году, вот только что в этом году [было], не удавалось загнать домой овец, не загнать домой! Не загнать, на улице и спали, и вот (а она мне крестница) пришла: "Крёстная, овец домой не загнать, что делать?" Я говорю: "Да не мучайся ты, отрежь горбушку хлеба и насыпь (‘положи’) соли, и положи на столб во дворе". Положила, в тот же день и загнала. Овцы и пришли, сами пришли. И вот как [ворожея], а не знаю ничего.

А если скотина останется в лесу?

Ну даэто уж лесовик (‘лес’) удерживает, лесовик держит. От лесовика (‘от леса’) бабки у нас ворожили. Было что и старик один ворожил.

А лесовик когда, в какую пору обычно лесовик удерживает [скотину]?

А лесовик? Да летом. В какую пору? Лесовик "держит" в любое время. Да. А поворожишь, он и отпустит, телёнок или корова, или что [там] естьвыйдет. Да. Вот видишь и знаешь, а не загнать. Да. А затем само придёт. Ворожат от лесовика, а уж что говорят [при этом], я не знаю.

Бывает, что корова в лесу отелится да там и останется?

Бывает, и в этом году у нас было такое дело.

И долго пробыла?

Да недолго, на другой день и нашли. Ночь заночевала, на следующий день и нашли, домой и привели.

А если корова отелится в лесу?

Остаётся там, и телёнок начнет сосать корову, сосёт. А потом доится, домой приведут, будут доить.

[Телёнок] вот привыкнет сосать корову?

Да, он привыкает. Если который телёнок в стаде сосёт корову, этим телятам делают наморднички с гвоздями, чтобы корова не давала сосать. Телёнок как начнёт тыкать мордой, он и колет [вымя], корова и не даёт сосать.