Texts

–Mie opiskelin tehnikumissa, šitten meitä [työnnettih] palveluh, armeijah. Kakši vuotta palvelin ja šitten loppuaikana mänin heti Koštamukšeh. Še oli vuonna kahekšankymmentä. Joo, ja šitten työškentelin yhekšän vuotta Kostamukšešša. [Še] oli mukava kaupunki, on nykyinen i mukava kaupunki. Ja šitten kuitenki oli ikävä, halusima muuttua maahan. Ja oli šemmoni mahdollisuš tulla Vuonniseh. Täššä oli uuši navetta ja oli työtä, järještymä koulun täššä. Oli mukava elämä. Ja täh ašti ašumma Vuonnisešša.
–Ta olit šie deputattana tiälä.
–Noo, pitis olla kakši kertua deputattina ja šitten kunnanjohtajana, Luušalmen kunnanjohtajana. [...] Myö olemma iče rakentunut, mutta varat olivat sovhozin. Myö olima niin kuin sovhozin työmiehie ja rakensimme tämän talon. [...] No myö enšin työškentelimme sovhozissa, navetašša, mutta kuitenki piti muuttua, halusima no omua työtä. Ja meilä oli viisi lehmyä kerralla, mutta tilanne on šemmoni, jotta ei... Vaikie oli myyvä tämä tavara. Maijot, kermat, rahkat ja... Oikein vaikie, piti olla oma kauppa meijän valtiošša, još tahot myyvvä kaikki. Vaštah ei otettu nimitä. [...] No Kalevalah myö veisimä ta Koštamukšeh
veisimä, no pitkä matka, huonot tiet – ja ei ole edullista tämä tuotanto.

–Я учился в техникуме, потом нас [отправили] на службу, в армию. Два года я отслужил и потом в конце поехал сразу в Костомукшу. Это было в восьмидесятом году. Да, и потом я работал девять лет в Костомукше. [Это] был комфортный город, и сейчас современный и комфортный город. А потом всё-таки было скучно, мы хотели переехать в деревню. И была такая возможность приехать в Войницу, мы организовали школу здесь. Была интересная жизнь. И по сей день живём в Войнице.
–И был ты депутатом здесь.
–Ну, нужно было прослужить два срока депутатом и потом –председателем сельсовета, Луусальмского сельсовета. [...] Мы сами построились, но материалы были совхозные. Мы были как сотрудники совхоза и построили этот дом. [...] Ну, мы сначала работали в совхозе, на животноводческой ферме, но всё-таки нужно было переходить, мы хотели, ну, свою работу. И у нас было пять коров за раз, но ситуация такова, что не… Тяжело было продавать этот товар. Молоко, сметана, творог и… Очень тяжело, должна была быть своя торговля в нашем государстве, если хочешь продавать всё. Не принимали ничего. [...] Ну, в Калевалу мы возили бы и в Костомукшу возили бы, но большой путь, плохие дороги – и не выгодно это производство.