VepKar :: Texts

Texts

Return to list | edit | delete | Create a new | history | Statistics | ? Help

Oli ukko da akka...

Oli ukko da akka...

Karelian Proper
Tunguda
Oli ukko da akka. Heilä oli eluo koza da bokko. Kozua da bokkuo ukko da akka piettih oigein hyvin, no kozalla da bokolla tuli igävä. Hyö duumaidih pois lähtie da alettih varuštua eväštä kesselih. Koza šanou:
Keryä eväštä kesselih, igävä meilä täššä tulou.


Da ukko da akka kun lähtiettih, hyö kerätäh kesselin täyteh eväštä. Lähettih matkah, otettih kesselin šelgäh. Männäh, männäh, jo pimie tulou. Koza šanou:
Kačo sie, eigö missä tulda nävy?


Bokko kaččou dai nägöy: kylä sielä on višših. Kačotah: tuli palau. Hyö juoštih tulella. Kačotah, ga siinä yhekšän hukkua illasta keittäy. Heidä bokko da koza ei huomattukana alušša. Pölläššyttih. No koza kyžyy:
Midä myö ildazekši keitämmä?


Ka šua šuurin hukan piä kesselistä da keitä še, – šanou bokko loitombuata.

Hukat kaċotah siinä kummua da aletah jo varata. Ken šanou kunnegi lähtievän, da toin’e toizen jälgeh männäh meččäh da pagoh. Siih jäi jo keitetty ildane. Bokko da koza šyömäh. Šyödih. Bokko kesselie kanduas’s’a oli vaibun. Kun šai šyyvä, ni šanou:
Rubiemma muate.


Ei, – šanou koza. Hyö moužot tullah jälelläh.

A hukat kun juoštih pagoh, juoštih kieli pitkänä da kerot kahallah. Tulou heilä kondie vaštah, kyžyy:
Minne työ juokšetta, kun näin huahitatta?


Ga koza da bokko kun tuldih da alettih šuurimman hukan piädä kesselistä ottua, ni duumaiččima, jotta miän muamo tahi tuatto on tapettu, da läksimä pagoh.

Ga iċe hyö teilä keitettäväkši tuldih, – šanou kondie. Lähemmä yheššä sinne.

Dai lähettih juokšomah keittopaikalla yhekšän hukkua da kymmenendenä kondie. Juoššah, jotta mua jymäjäy. A koza da bokko kun kuuldih, jotta tullah, dai hädäyvyttih. Koza šanou bokolla:
Nouška, velli, puuh, šyyväh miät.


Bokko kun kesselin kera rubei vualiudumah da vielä kun oli vaibun, ni jallat luiskahettihki puolipuušša. No mit’ein lienöy heilahtan, ni tarttu šarveštah okšah da jäi rippumah, a koza nouzi ladvah. A hukat da kondie tuldih siih. Paissah:
Puuh ne on mändy.


Pidäy lähtie kaččomah, – šanou kondie.

Tulou puun juurella. A bokolla himottau kaččuo, jotta midä hyö sielä alahana ruatah. No kun ei šua ni mit’ein piädäh kiändyä. No kiändi mit’ein lienöy piädäh, ka šarvi i luiskahti. Silloin hiän jymähti kesselin kera kondiella šelgäh. Koza tämän kun nägi, karjeutu puun ladvašta, jotta bokko rohkautuis:
Pie sidä kondieda kiini, muut ollah miän!


A kondie jo muit’einki oli pöläštyn, da tämän kun kuuli, ni työnnäldäydy juokšomah pagoh. Hukat kun nähtih, jotta kondie läksi pagoh, dai hyö alettih juošša pagoh. A koza šolahti puušta da šanoıı:
Nyt miän, bokko parka, on parašta kodih lähtie.
Ei tämä muailmalla kulgu huvita.

Da lähettih da mändih kodih, eigä šen jälgeh enämbi puattu pois ukon da akan luoda konžana.

[Напуганные вoлки]

Russian
Были старик и старуха. У них было всего добра коза да баран. Козу и барана старик со старухой держали очень хорошо, но козе да барану стало скучно. Они надумали уйти и стали готовить подорожники в кошель. Коза говорит:
Собирай харчи в кошель, скучно здесь нам становится.


Когда старик и старуха ушли куда-то, они набрали полный кошель еды. Отправились в путь, взяли кошель на спину. Идут, идут, уже темно становится. Коза говорит:
Посмотри-ка, не видать ли где огонька?


Баран смотрит и видит: деревня там, наверно. Смотряткостер горит. Они побежали к костру. Смотрята тут девять волков ужин варят. Их коза да баран и не заметили сначала. Испугались. Ну, коза спрашивает:
Что мы на ужин сварим?


Так возьми самую большую волчью голову из кошеля да свари ее, – говорит баран.

Волки смотрят на это чудо и начинают уже трусить. У каждого какое-нибудь дело нашлось, и так один за другим убегают в лес. Тут остался и готовый ужин. Баран да коза за еду. Поели. Баран, неся кошель, утомился. Когда наелся, то сказал:
Будем спать.


Нет, – говорит коза. Они, может, вернутся обратно.

А волки удирали, бежали, высунув язык и пасти раскрыв. Идет им навстречу медведь, спрашивает:
Куда вы бежите так запыхавшись?


Как пришли коза и баран и начали самую большую волчью голову из кошеля доставать, так мы подумали, что это наша мать или же отец убиты, да убежали.

Да ведь сами они к вам на съедение пришли, – говорит медведь. Пойдем вместе туда.

И побежали к месту костра девять волков да десятым медведь. Бегут, так что земля гудит. А коза и баран, как услышали, что те идут, перепугались. Коза говорит барану:
Залезем-ка, брат, на дерево, съедят ведь нас.


Баран как стал с кошелем карабкаться, да еще был усталый, так копыта у него соскользнули на середине дерева. Но как-то так пошатнулся, что зацепился рогом за сук да повис, а коза поднялась на вершину. А волки да медведь прибежали к месту. Говорят:
Не иначе, как на дерево залезли.


Надо пойти посмотреть, – говорит медведь.

Приходит [он] под дерево. А барану хочется посмотреть, что они там внизу делают. Но никак не может повернуть голову. Ну, повернул как-то голову, тут рог соскользнул. Тогда он грохнулся с кошелем медведю на спину. Коза это как увидела, закричала с верхушки дерева, чтобы барана подбодрить:
Держи медведя, остальные наши!


А медведь и так был испуган, да когда еще это услышал, то пустился наутек. Волки когда увидели, что медведь побежал, то и они бросились бежать. А коза спустилась с дерева да сказала:
Теперь нам, бедный баран, лучше всего пойти домой.
Не веселит это скитание по свету.

Да пошли и вернулись домой и после этого больше никогда не убегали от старика да старухи.