VepKar :: Texts

Texts

Return to list | edit | delete | Create a new | history | Statistics | ? Help

Tiedoiniekku

Tiedoiniekku

Livvi
Syamozero
Tulow mužikku d’ogirandah kylän kohtah. Kirguaw poiki d’oves:
Leibyveičči, tuo ven’oi!


Mužikku ottaw veičen huodras i kaččow veiččeh. Deistvitel’no, veičči oli leiväs. "Naverno neče on tiedoiniekku".

Venehen tuon, gu arvannet, äijygo on minul lehmie? Toine sinulles.
Kaksi on, – sanow.
Muga on, arbait!

Ajaw poikki d’oves. Ottaw mužikan i tullah kodih. Mužikku akale sanow:
Tämä on tiedoiniekku.
Lämmitä kyly, azu piirait, a minä lähten viinuo suan. Siid meile häin sanow, kui myö rubiemmo iellehpäi elämäh.

Akku kylyn lämmitti, piirait azui. Mužikku tuow buti̮lkan viinuo, i ruvetah tiedoiniekkuo gostittamah. Istutahes stolah, ižändy sanow tiedoiniekale:
Sano, velli, mih minä kuolen?

Toine vastuaw:
Huondeksel sanon suwruksettomal suul.


Pietäh mužikkuo hyvin. Huondeksel nowzow i ižändäle sanow:
Nygöi sanon: sinä kuoletlähtet hevol ajamah, hebo pieröw, siid sinä kuolet.


Mužikal piäh tuli: "Enämbi minä hevol ajamah ni kunne lähte en". Vuvven aigua ni hevon lähil ei mene. Tulow moine aiguhändäh kučutah linnah. Aigu on talvel. Linnah on kuwzikymmen kilometrie. Duwmaiččow: "D’allai lähtižinastumistu on äijy.: Hevon ottazinei vai pieris".

No vs’o-taki ottaw hevon. Lähtöw kois hevol ajamah. Dielo on kymmenen čuasun aiguo illal. Ajaw kois päi kuwzi kilometrie, siid on suwri vastumägi, hebo i pieröw vastumägeh nostes. Šliehkahtah kresloih sellälleh: "Nygöi minä olen kuollu"!

Viruw kreslois čuassuo kaksi, d’o roih pimei. Tulow hukkuo arteli, davai hebuo syömäh.
Tol’ko ku olizin hengis, – sanow, – ga minun hebuo ettö syös!

Hukat hebo syödih dai iäre pyhkittih. Viruw kreslois kaiken yön, nälgävyi. "Nygöi pidäw oppie nosta. Mowžet voibi i kuolluonnu astuo". Nowzow i lähtöw kodih astumah.: Tulow kodih, akale sanow:
Nygöi vet’ minä olen kuollu.
Kuvvendel kilometriil suwres vastumäjes hebo pieri, siid minul hengi pakui.

Akkah kaččow:
Neužel’ ollow tozi?

Menöw, sanow susiedal:
Ukko kuoli.

Tulow susiedu, kaččowmužikku hengis.
Olettego tolkus, ei häin kuoliet käveltä! Kuzbo on hebo?

Hebo hukat syödih. Vuozi aiguo oli, tiedoiniekkuhäi sanoi, mih minä kuolen, i nygöi lähtiin linnah, ajoin kuwzi kilometrie suwreh vastumägessäh, hebo pierisiid minul hengi pakui. Siid tuldih hukat, hebo minul syödih. Žiäli oli hebuo. Hengis gu olluzin, en andanus syvvä!

Siid susiedu hälle sanow:
Hengis olet, ukko-rukku, sinuo tiedoiniekku puwtaiči.
Vainbo voibi uskuo: sen hevon pierendäh kuolet? I siid mužikku därilleh hengevyis.

Sanoi susiedale passibot i heitti tiedoinikkoih uskondan. Siid häin nygöi tiedoiniekat hävittih iäres.

Прорицатель

Russian
Приходит мужик на берег реки против деревни. Кричит через реку:
Хлебный нож, пригони лодку!


Мужик (на другом берегу) вынимает нож из ножен и смотрит на нож. Действительно, нож был в хлебе. "Наверно, это знахарь".

Лодку пригоню, если угадаешь, сколько у меня коров. Другую тебе.
Две, – говорит.
Так и есть, угадал.

Переезжают реку. Берет мужика с собой и приходят домой. Мужик жене говорит:
Это знахарь.
Натопи баню, испеки пироги, а я пойду за вином. Он потом нам скажет, как мы дальше жить будем.

Жена баню топить, пироги печь. Муж приносит бутылку вина, и начинают знахаря угощать. Сидят за столом, хозяин говорит знахарю:
Скажи, брат, отчего я умру.

Тот отвечает:
Утром скажу натощак.


Устроили мужику хороший ночлег. Утром встает и хозяину говорит:
Теперь скажу. Ты умрешь так: поедешь на лошади, лошадь пукнет, тут ты и умрешь.


Мужик решил: "Больше никуда на лошади не поеду". Целый год даже к лошади близко не подходит. Настало такое времяего вызывают в город. Дело было зимой. До города шестьдесят километров. Думает: "Пошел бы пешкомдалеко идти, взял бы лошадькабы не пукнула".

Но все же берет лошадь. Выезжает из дома на лошади. Дело было в десять часов вечера. Отъезжает от дому шесть километров, тут большая гора, лошадь и пукнула, поднимаясь в гору. [Мужик] повалился в розвальнях на спину: "Теперь я мертвый"!

Лежит в розвальнях часа два, уже стемнело. Приходит стая волков, давай лошадь есть.
Если бы я был жив, – говорит, – то не ели бы мою лошадь!

Волки лошадь съели и прочь убежали. Лежит в розвальнях всю ночь.: Замерз, проголодался. "Теперь надо попробовать встать. Может, можно и мертвому ходить". Встает и отправляется домой, жене говорит:
Теперь ведь я мертвый.
На шестом километре, поднимаясь в большую гору, лошадь пукнула, тут у меня дух вышел.

Жена смотрит:
Неужели это правда?

Идет, говорит соседу:
Муж умер.

Приходит сосед, смотритмужик жив.
В уме ли вы, мертвые ведь не ходят! Где же лошадь?

Лошадь волки съели. Год тому назад знахарь ведь сказал, отчего я умру, теперь поехал в город, проехал шесть километров до большой горы, лошадь пукнулатут у меня и дух вышел. Потом пришли волки, лошадь у меня съели. Жалко было лошади. Если бы был жив, не дал бы съесть.

Потом сосед ему говорит:
Жив ты, горемыка, тебя знахарь попутал.
Разве можно поверить, что помрешь, если лошадь пукнула, и чтобы мужик снова ожил.

Сказал соседу спасибо и перестал знахарям верить. А теперь ведь знахари совсем пропали.