Тексты

Вернуться к списку | редактировать | удалить | История изменений | ? Помощь

Kasken rado

Корпус: диалектные тексты

Тулмозерский

место записи: Робогойла (Robohol), Пряжинский район, Республика Карелия, г. записи: 1964
записали: Рягоев Владимир Дмитриевич

Источник: Г.Н. Макаров, В.Д. Рягоев, Образцы карельской речи. Говоры ливвиковского диалекта карельского языка, (1969), с. 195-197
ф/архив ИЯЛИ КарНЦ РАН: №464/5

Kasken rado
(карельский: ливвиковское наречие)

Sit ku menet kasekseh kasardamah, enzimäi kasardat sie vähäzen, zavodit, ku ei toine ennittäs.

Menet kasekseh, sovat heität, paltinpeelüshiemaat peel panet, a ferezit, sovat oksah panet.


Paltinahine ribujupku peel, paltinpeelüshiemazet peel, zavodit kasestu kasardaa.


Huolitat, huolitat, ku ei toine tule ken ennittämäh, ladvoi da kai sie vähäzel riivot.


Sit toizennu peen menet, ku sih ei olle ken tullut, davai ajamah, davai ajamah.

Sit ajat, ajat, ajat, ajat.


Sit kasardat.


Enzimäi kastaril kasardat (kastari pieni on, on minul aitas), a sit jälles kirvehel leikot.


Sit net hienot vezat da suuris puulois oksat alahakkali kai ielpäi kasardat hüvin.


Sit toine ajaa kirvehel, libo iče jällel, ku ei olle ajajaa sie, libo olloo perehes enämbi hengee, ga sit vai loškutus menöö: ajat sie.


Süömäh rubiet, robeheh vettü otat (nügöi robehtu ni nähtä ei, stawčat ollah).


Sit sügüzül se karzitah.

Sit sügüzül karzimah lähtet.


Sügüzül roih nečis raagu meččü jongoi.


Konzu roih kartohkat kaivetut da kai raavot raatut, sit menet karzimah.


Oksat net puulois sie, suuret oksat, karzit dai i ladvot, ladvat leikot, jätät kuivamah, štobi keväjel parembi palas.


Sit keväjel niidü poltetah, keväjel, stroičan päivien aigaa, konzu roih tuuli neče, ahavu, kuni heinü ei iškei äjjäl.

Sit kaski poltetah.


Konzu ku kaski palaa hüvih, sit hüvä on pergaa, suuret puut aijaksikse aidah jätät, randieh kannat.


Aidu pidee ümbäri laadie.


Sit aidah kannat suuret puut, a hienot tuleh, hienombat kai tuleh nakkaat, suurembat aidah.


Sie oksu, kudai alembane jäi sügüzül karzimattah, niidü čämit da karzit da panet tukkuh.


Nu sit jee tieroo.

Kudamat [tierot] kohtat ei pala hüvin, niidü vierdelet, niidü kohtii vie pidee vierellä jällel: kaluu lad’d’ata da tuli panna da eistellä kanguol.


Sit kaiken sen, mi jee palamattah, hüvin rowjoloih lad’d’aat da poltat.


Sit vie rowjolois agjazet jee.


Sit net vie uvvesah keeret, taaste kai poltat.


Sit roih puhtas palo, sit mužikat künnetäh se.


Enzimäzekse ruistu külvetäh, sit kolme-n’elli kagraa.

Kudai on vägevembi, hüvä maa, sit otetah nelli kagraa, a kudai on, nečidä, huonombi kases sie, ei ül’en ravei, sit i erähät kaksi kagraa vai otetah jällel.


A ruis enzimäzekse otetah.


Sit se halmehekse, puustakse jee.

Работа на подсеке
(русский)

Как придёшь в чащобу, сначала рубишь там немного, начнёшь лишь для того, чтобы другой не занял.

Идёшь в чащобу, одежду снимешь, наденешь холщовые нарукавники, а ферязи и одежду на сук повесишь.


Холщовая юбка на тебе, холщовые нарукавники на тебе, и начинаешь чащобу рубить.



Спешишь, спешишь: как бы другой не пришёл занимать, хватаешь там по верхушкам.



Тогда уже на следующий день идёшь и, если никто на то место не пришёл, давай рубить, давай рубить.

Тут рубишь, рубишь, валишь, валишь.


Затем обрубаешь сучья.


Сначала косарем обрубаешь сучья, а потом уже топором [обрубаешь].



Сначала молодые побеги и сучья с больших деревьев снизу хорошенько обрубишь.



Потом другой рубит [деревья] топором, или же сам после рубишь, когда нет рубщика, или же, если в семье больше людей, так тут лишь треск идёт, так валишь [подсеку].


Обедать будешьзачерпнешь в туесок воды (а теперь туесков и не видят, глубокие миски теперь).

А потом осенью [сучья] обрубают.

И идёшь осенью обрубать [сучья].


Осенью тут уже лес будет голый.


Когда картошка выкопана и все работы сделаны, идёшь сучья карзать.


Сучья с деревьев обрубаешь, большие сучья, и обрезаешь верхушки, оставляешь [все] сохнуть, чтобы весной лучше горела подсека.


Потом весной, во время Троицы, когда будет резкий сухой весенний ветер, и пока трава не выросла, их [деревья] сжигают.

Затем подсеку жгут.


Когда подсека сгорит хорошо, тогда и убирать её хорошо, большие деревья оставляешь на жерди для изгороди, к краю подсеки отнесёшь.


Вокруг [пожога] изгородь надо сделать.


Для изгороди несёшь побольше деревья, а тоненькие в огонь, все потоньше в огонь толкаешь, а [деревья] побольшена изгородь.


Там сук, который остался внизу осенью необрубленным, подравниваешь и кладёшь в кучу.



Ну, ещё останутся необгоревшие места.

Те места, которые не обгорели хорошо, их палишь, те места надо ещё палить: сложить растопок, зажечь и передвигать колышком.


Затем всё то, что останется необгоревшим, хорошенько сложишь в кучи и сжигаешь.


Там ещё несгоревшие концы останутся.


Их заново собираешь, снова всё сжигаешь.


Тогда будет чистая пожога, затем мужики пашут её.


Сначала сеют рожь, затем три-четыре [раза] – овёс.

Которая земля посильнее, хорошая, с той берут четыре [урожая] овса, а которая похуже, была чащоба не очень хорошая, с той некоторые после ржи получают лишь два [урожая] овса.


А первой снимают рожь.


Потом пожог останется заброшенным и превращается в залежь.