Тексты

Вернуться к списку | редактировать | удалить | История изменений | ? Помощь

Van’ka-vor

Корпус: сказки

Средневепсский западный

Информант(ы): Микшина Марфа Захарьевна, 1910
место записи: Ладва (Ladv), Подпорожский р-н, Ленинградская обл., г. записи: 1980
записали: Онегина Нина Федоровна

Источник: Вепсские народные сказки, (1996), с. 122-124
ф/архив ИЯЛИ КарНЦ РАН: №2624/2
НА КарНЦ, кол.83, ед.хр.146

Van’ka-vor
(вепсский)

Ende eliba uk da ak.

Ukou da akou oli kuume poigad.


Ühten kucuiba Van'aks, toiženVas'aks, kuumandenFedoraks.


Ühtüu vel'l'uu oli kuume poigad, a toižil nikeda elend.


Nece vel'l', kudamou lapsid-ne elend, sanub:
- Andaskep täämbei Fedorad minunke mecha, kacuhtan, mida hänesas linneb, mitte hän linneb elii.


Mänd'he.

Necin poigan ot't’ däd’, no, plemännikan ott’, mändhe.


Mecas siga käveliba, käveliba.


Nece poig sanub dädäle:
- Oi, dädei, om naku čomid pedejid, olišku nened pedajad čapta da čoma pert’ tehta neniš pedejiš.


Däd’ sanub:
- Hivä, astkam nüguni kodihe.


Tuliba kodihe, sanub:
- Nece sinun poig linneb hrest'anski, ninga pagiž siga.


Homen, sanub, – anda mini tošt’ poigad.


Toižen poigan ot't’, toižuu päivuu mänd'he. Möst käveliba, käveliba sigä mecas.

Däd’ vüi händast, koivud ühted kazdas.


Poig sanub:
«Dädei, necen koivžoman čapeižid, ka, voi, rugišt’ kazveiž neche čomad, sanub, – čoma liib kazveiž, necen kaiken kaskesen čapeižid ka».


Nece däd’ sanub:
- Linneb neciš semendai.


Män’, kod'he tuli, sanub:
- Anda täämbei Van'ad, kuumant poigad.


Kuumanden poiganke mäni däd’ mecha.

Käveliba, käveliba.


Mužik härgän vedab dorogadme.


Nece Van'a sanub:
- Dädei, mina necen härgän dädöu vargastan.


Ka kutnä sina vargastad härgän?

Vargastan.


Oti, edoupei joks’ dorogadme, sapkan jougaspei hiitouz’, dorogale tacouz’, nu dei möst dädänke astub.

Nece uk härganke astub.


Astub, astub härgänke dei kacub:
- Oi, sanub, – sapug mitte dorogou, čoma sapug om, da üks’ om ka, en ota üht sapkad.


Dei möst astuškanz'.

A nece prihä män’, ümbärz’ möstona, sapkan ot't’ dei möst edoupei joks’ dei toižen sapkan taci dorogale.


Nece mužik astub härgänked, hän sanub:
- Ka kacke, sanub, – sapkad-se en otand, näge, naku toine sapug.


Otnuižin ka uudanuiž mini sapkad.


Mända da otta sapuk se.


Härg naku sidouta nakhu puhudehe da.


Hän härgän puhudehe sidouž i sapkad otmaha män'.


Sapkad otmaha män’ dei sanub: «Mätä kus sapug oli


Mušta-gi ii kus sapug oli.


A sil aigau nece prihä Va'aä, härgän puspei ruši dei ot't’, vargast’.

Ukoine astui, astui dorogadme, sapkad ele.


- Entä kus om, en enambad mäne.

Pördihez.


- Mända, ika ii härg se pageniž...
Ka sapkad ele i härgäd ele.

Nu hüvä.


A nece däd’ varast’, nägi necen radon, ka piitnus däd’.

Nece härgän vargast’ dei läks’.


A däd': «Mända kodhe».


Kod'he tuli, vellele sanub:
- Vot mida, viikoi, poig se durak om čistį, ii hän elei linne.


Kacu ningoi linneb podlec, - ninga ukou härgän ott’.


Nu, dei nece priha dädäleze sanub:
- Dädei, sanub, – mina härgän vargastin', mina üksnin' vargastin', nu dei üksnin' mina necen härgän i sön.


Ka kut muga sina üksniiž söd, jose kaiken üksniiž söd?


Dädänke soglasihe dei mänd'he stanuižehe.
Dei lämįin tegi dei härgän kiitaškanz', kiitmaha pani, katl'as i kiitäb.

Nece däd’ vardiičeb.


- Dädei, sina varasta ala varasta, a mina necen härgän kiitan dei üksnein' sön.


A däd’ sanub:
- Ka kut muga sina härgän üksnäiž söd?


Män’ stanun taga nece priha dei vongab:
- En mina härgäd vargastand, dädäm vargast’, en mina härgäd vargastand, dädäm vargast’.


Dei nece däd'd’ pagen’ stanuspei dei härgäd ii sönt-ki.

Dei nece priha üksnäze härgän kiiti dei süi.


Tuli kodhe nece mužik, mäni, vellele sanub:
- Viikoi, sanub, – kacu, ninga i ninga, sanub, – podlec čistį: härgän vargast’, kiiti dei üksnaze süi-ki.


Kaik.

Ванька-вор
(русский)

Жили-были старик со старухой.

У них было три сына.


Одного звали Ваней, второго Васей, третьего Федором.


У одного брата было три сына, а у второго никого не было.


Тот брат, у которого не было детей, говорит:
Отпусти-ка сегодня Федора со мной в лес, я посмотрю, что из него получится, какой он будет человек.


Пошли они.

Дядя взял этого сына, а, взял своего племянника, и пошли в лес.


Там они ходили, ходили.


Говорит племянник дяде:
Ой, дядя, какие тут пригожие сосны, срубить бы эти сосны, да построить из этих сосен красивый дом.


Дядя говорит:
Хорошо, пойдем сейчас домой.


Пришли домой, он и говорит:
Этот твой сын будет крестьянином: так он там рассуждал.


Завтра отпусти со мной второго сына.

Взял он второго сына. Ходили, ходили они там, по лесу.

Дядя отвел его туда, где растут одни березы.


Племянник говорит:
Дядя, если бы этот березняк срубить, то выросла бы здесь хорошая рожь, - говорит, - хорошие хлеба выросли бы, если бы сделать подсеку.


Дядя говорит:
Из этого получится сеятель.


Пришли домой, дядя и говорит:
Сегодня дай Ваню, третьего сына.


Пошел дядя с третьим сыном в лес.

Ходили, ходили по лесу.


Мужик ведет быка по дороге.


Ваня говорит:
Дядя, я украду этого быка.


А как ты украдешь?

Украду.

Взял побежал вперед по дороге, сбросил с ноги сапог, бросил на дорогу ну и пошел с дядей дальше.

А старик идет со своим быком.


Ведет, ведет быка и заметил:
Ой, – говорит, – какой красивый сапог на дороге, да один, не возьму один сапог.



И пошел дальше.


А этот парень пошел, опять обошел его, сапог взял и опять вперед побежал и второй сапог бросил на дорогу.

Старик идет с быком и говорит:
Гляди-ка, – говорит, – сапог-то я не взял, а тут второй сапог.


Взял бы, так у меня были бы новые сапоги.


Пойду-ка возьму тот сапог.


А быка привяжу тут к дереву.


Привязал он быка к дереву и пошел за сапогом.

Пошел за сапогом и думает: \"Да поди знай, где сапог-то был\".


Не помнит, где и был сапог.


А тем временем Ваня отвязал быка и взял, украл его.

Старичок шел, шел по дорогесапога нет.


- Не знаю, где сапог, не пойду дальше.

И вернулся.


Пойти надо, а то не сбежал бы бык.
А то и сапога нет, и быка нет.

Ну, хорошо.

А дядя подкарауливал, он спрятался и видел все это.


Парень украл быка и ушел.


А дядя: «Пойду и я домой».

Домой пришел, брату говорит:
Вот что, братец, сын-то твой настоящий дурак, не будет из него человека.


Не будет из него человека, подлецом он будету старика украл быка.


Ну, а этот парень говорит дяде:
Дядя, – говорит, – я украл быка, я один украл быка, ну так я один и
съем этого быка.


Да как ты один съешь его, неужели все съешь один?

Сговорились они с дядей и пошли в лесной стан. Развел он огонь и этого быка начал варить, положил вариться быка, в котле и варит.

Дядя сторожит.


Дядя, ты жди не жди, а я быка сварю и один съем.

А дядя говорит:
Как же один быка съешь?


Пошел парень за стан и орет:
Не я быка украл, дядя украл, не я быка украл, дядя украл!


Дядя и убежал из стана, и мяса быка он и не поел.

А парень сварил быка и съел один.


Пришел этот мужик домой и говорит брату:
Братец, – говорит, – вот так и так, – говорит, – подлец он настоящий: украл быка, сварил и один съел.


Всё.