Texts

Return to list | edit | delete | history | ? Help

Kondikulu razihe minum päle

Corpus: Dialectal texts

Southern Veps

Informant(s): Кротяшов Василий Павлович, 1890
recording place: Сидорово (Sodjärv), Boksitogorsky District, Leningrad Oblast, year of recording: 1958
recorded: Богданов Николай Иванович

Source: М. Зайцева, М. Муллонен, Образцы вепсской речи, (1969), p. 204-205
audio archive of ILLH, KarRC RAS: №38/7

Kondikulu razihe minum päle
(Vepsian)

läžuin’, otpravime bol’nichu.

Siga primiba mindaa, pidiba päivad kümne.


Bol’nicuspää kebnendust iile.

pakičime kod’he.


otpravime kod’he.


A feršal krincaa ištub i kizui minaa: «Omaik sinaa dorogale spičkad



basin: «Iile minä spičkood’, kuri en».


«A otaške , basib, ei tariž öduda».

pol’ ted astuin’, virstad kuz’, ostanovime lebazuuhtta. Minaa kädes kalu.

Homaačin’, ühtnägoi poikpoli tes metrad kimnen minuspää skokahti kaks’ händikast poikpoli tes.
A kaluu-se otin’ i stuknin’ mechašt vast i basin: «Kunak te, mecamehed skokitaa-se?».

Sid’ mučuižid’ kaks’ skokaht’ i min-se murmutaba bas’ta.


Dumain’ händikahad, ažno kon’d’jan poigad.


voo kerdan ku plakaadan raidad vast kaluu, mechašt vast.
Ku sigäpää razihe sur’ kondikulu( mam heiden), da davai kesked ted-se skokta.

Su avaitud, pr’amo minum päle.


Nägin’ kuverz’ i hambhid’ sus, i mindaa harhotil’ kaiken roib.


pätime, hän minhupää.
sihesaa pätime, varaidan lankten zatp’atki.

Jäl’gmää poigad-ne uidiba vähääžoo edembahk i nece mam jaagad päst’ maha i en teda uidi ali ei.
A tagasp’ati kod’he.

Kegolest saime, lämoin’ tegin’, ištun, kaik muštnin’ i jaagad säregan’ba.
En teda, mi i tehta.


Ühtnäghu telegaa sigääpää mužik ajaškaaz’ i basib: «Midak , Vas’ka-d’ad’a, sid’ ištud?».



san: «Ninga i ninga».

«Davai, basib, ištte telegha».


telegha ištuume.


Ajemaa sile tahole, ka hebod satta ii, hebo mujab kondiid’.


I tariž oonu kunutad, hebo segi varegaaz’.

Как медведица на меня бросилась
(Russian)

Я болел, отправился в больницу.

Там меня приняли, продержали дней десять.


От больницы не было облегчения.


Я попросился домой.


Я отправился домой.


А фельдшер сидит на крыльце и спрашивает у меня: «Есть ли у тебя спички на дорогу?».


Я говорю: «Нет у меня спичек, я не курю».


«А взял бы ты, – говорит [фельдшер], – не пришлось бы заночевать».


Я прошел полпути, верст шесть, остановился отдохнуть. В руке у меня палка.

Вдруг заметил, поперек дороги в метрах десяти от меня выскочили два волка.
Я взял и стукнул палкой-то о дерево и говорю: «Куда вы, черти, скачете-то?».


Тут [еще] двое маленьких выскочили и что-то бормочут (‘говорят’).


Я думал, это волки, а это медвежата были.


Я еще раз как стукну палкой по иве, по дереву.
А оттуда как бросится большущая медведица (мать их) да давай посреди дороги-то скакать.

Рот открыт, прямо на меня [смотрит].

Видел я сколько и зубов во рту, и меня слюной обдает.


Я пячусь, она на меня.
Я до того пятился, что боюсь упасть на спину.

Потом медвежата-то отошли немного подальше, и эта медведица лапы опустила на землю, и не знаю, ушла она или нет.
А я задом напереддомой.

Добрался до стога, развел костер, сижу, весь почернел, и ноги задрожали.
Не знаю, что и делать.

Вдруг оттуда мужик на телеге едет (‘начал ехать’) и говорит: «Что ты, дядя Вася, тут сидишь?».


Я говорю: «Так и «так».


«Давай, – говорит, – садись на телегу».


Я на телегу сел.


Подъезжаем к тому месту, так лошадь не провести, лошадь чувствует медведя.


Не нужен был кнут, и лошадь-то испугалась.