Texts

Return to list | edit | delete | Create a new | history | ? Help

Ende eliba uk da ak

Ende eliba uk da ak

Veps
Central Western Veps
Ende eliba uk da ak. Ukou da akou oli poig. Nece priha mäni besedale sündumas. Sigä prihad besedou nagroiba, nagroiba, midä putei. Kundlemaha tariž mända.

A üks’ priha sanub:
- A rohtitei-ik ken pustha pert’he mända kundlemaha?


Nece priha sanub:
- Rohtin minä.


Iškiba kehlan. Nece priha i män’ pustha pert’he kundlemaha. Nece pert’ oli derüunäspei edahan. Tuli pert’he, ištuihe rundugale i kundleb vaiknašti, ištub. Ištui, ištui. Mäne teda kuspei tuli niižne. Näge ii, a kädes

Käduu tabazihe, sab:
- Ota mindai mehele.


- Ka kut minä otan, nece priha sanub, mehele. - Ved’ minä sindei en näge, ken oled?

- Ken olen, a ota. Nak anda sinä ičeiž kol’ceine, ota minun i ota mehele. Tule homen ehtkoižuu svathuzile. Ed tule, nu ka minä sindei s’o ruuno rikon.

Nece priha kol’ceižen niičele andoi, hänou oti. A nägend ii, ken oli. Mehele ota, a nägend ii nikeda. Tuli kod’he. Ei mänd besedale nikuna. Libui päčile. Sapkoiš dei, sobiš dei. Pän čokeiž perha i venub kohtuu. Sutkad venub.

Tat da mam kirotas:
- Mi sinei teghe, mi sinei teghe, poigeižem?


Potom hän sanub:
- Vot azjad ningomad.
Minä mänin pustha pert’he kundlemaha, i mindei en teda ken kädes tabazi i sanui: ota mehele. A ed ota, nu ka azjad hubad, minä sindei rikon ruuno.

Nu, roditel’ad dumeiba, dumeiba:

- Nu, sanub, dovediše mända.
Ken oli da ved’, dovediše ajada svathuzile.
Ajeiba svathuzile. Mäniba. Pertiš nikeda ele, vilu. Loučha ištuiheze. Kacuhtiba, kuspei-se tegihe stol, stolale tuli samvar diki čoma, kuudaižed čaškad, adivoičetiba hiidäzei, zakuskoid säkijid, a nähkoi nikeda ii. Hüvä.

Nece niižne ozutanus ii, a sanub prihale:
- Ningomuu pejou, kacu, tuugat svad’bou, tänna.


Läksiba svathuzilpei. Mugomuu pejou, kudamuu pejou niižne sanui, soberihezei svathuzile, tuliba svad’bou. Tuliba, kacuhtiba. Samvar stolal. Stolad diki čomin lat’t’ud. Zakuskoid, keiked. Čaškad kuudeižed. Čajud jomha ištuiheze, kacuhtiba, niižne läksi, diki krasivi, čoma. Sädos. Nece niižne voikaškanzi svad’bas, voiki, voiki. Čajun joib’a, söib’a. Kaik sijad s čestju radoiba.

- Nu nügde ajagam mijale, ajagam satmaha.

- Satjid-ni tuleb-ik?

- Tuleb, sanub nece niižne, - satjid tuleb äi.

- Nu tuleb ka, ka minei ele, ei mil adivoičetada.

- Ala huudu, ajamei kod’he ka. Nu ajamei da. Kacu siičas. Dedam tob kaks’ sundugašt: rustan i mustan. Nu ka ala lenda iče sinä korjha. A käske, dedam okha iče vöb.

Homeič priha sundugeižid, mustan i rustan.

- Lenda, sanub, dedoi, sinä, a minä emboi.

Paginan priha kuleb, kaikide kuudas, väčatas äi, a nähtas ühten tol’ko nevestan. Hüvä. Sid’ lendi sundugeižed korjha. Svad’bou ištuiheze, ajeiba, tuliba derenaha. A satjid tuli äi.

Niižne sanub:
- Kacu, tariž nügde huutta tedad midä, vinad!
Na-ške, sanub, dengoid da mäne loukha, da to, sanub, buč vinad. Dei aveida, pane kouheižed diki äi ümbri.

Muga priha radoi. Ajoi hebou loukha, bučin vinad osti, lačhu pästi, kouhaižed ümbri pani. Nene čortad vinad juib’a, juib’a, dei humouzuiba. A dedaze sanui: pol’he öhösei miše uudeiž kodiš. Humouzuiba čortad dei sutkad magaziba. Mäniba kodihe sutkoiš päliči.

Ded sanub:
- Nu, kut sigä?
Kut eläd da mil, sab, adivoičiba?

- Muga, dedoi, adivoičeti, nu ka enamb igäs miile ka i dumaida ii tariž. Muga adivoičeti da beregoiči.

A nece svadib proidi. Niižne andoi avadimuden rusttas sundugeižespei.

- Nügud’ sinä nece sundugeine aveida.

A priha eli bedno. Sundugeižen priha aveiži. Sigäpei lähteškanzi živatoid, läksi lehmid, heboid, vazoid, lambhid. I muga hii eleškat’he necen murz’aimen ke diki bohatas.

Zaitseva, Nina

Жили раньше старик и старуха

Russian
Раньше жили старик и старуха. У старика и старухи был сын. Этот парень пошел на беседу в святки. А там парни смеются, смеются, о чем попало. Надо бы пойти гадать (послушать).

А один парень говорит:
- А кто посмеет в пустой дом пойти слушать?


А этот парень говорит:
- Я не боюсь.


Побились об заклад. Этот парень и пошел в пустой дом слушать. Этот дом был от деревни далеко. Пришел он в дом, сел на сундук и слушает тихо, сидит. Сидел, сидел. Вдруг не понятно откуда пришла девушка. Ничего не видит и рукой так

Рукой поймалась, говорит:
- Возьми меня замуж.


- Так как я возьму, этот парень говорит, - замуж. Ведь я тебя не вижу, кто ты.

- Хоть и так, а возьми. Давай-ка, ты дай мне свое колечко, возьми мое и бери меня замуж. Приходи завтра вечером сватать. Если не придешь, то я тебя все равно убью.

Этот парень колечко девушке отдал, у нее взял. А не видел, кто это был. Замуж бери, а никого не видит. Пришел домой. Не пошел на беседу никуда. Залез на печь. В сапогах, в одежде. Голову набок повернул и лежит на животе. Сутки лежит.

Отец и мать спрашивают:
- Что у тебя случилось, что случилось, сынок?


Потом он говорит:
- Дела вот такие.
Я пошел в пустую избу слушать, а меня не знаю, кто за руку поймал и сказал: возьми замуж. А если не возьмешь, так дела плохи, я тебя убью все равно.

Ну, родители думали, думали:

- Ну, говорят, придется идти.
Кто бы ни был, придется идти сватать.
Поехали сватать. Пришли. В доме никого нет, холодно. Сели на лавку. Посмотрели, откуда-то появился стол, на столе самовар очень красивый, золотые чашки, угостили их, всякие закуски, а никого не видно. Хорошо.

Эта девушка не показалась, а говорит парню:
- В такой-то день, смотри, приходит со свадьбой, сюда.


Поехали со сватанья. В определенный день, в который сказала девушка, собрались со сватовством, пришли на свадьбу. Пришли, посмотрели. Самовар на столе. Стол очень красиво накрыт. Закуски, всего. Чашки золотые. Сели чай пить, посмотрели, девушка вышла, очень красивая, милая. В наряде. Эта девушка стала причитывать на свадьбе, причитывала, причитывала. Чай пили, ели. Все сделали честь честью.

- Ну, теперь поедем к нам, поедем провожать.

- А есть провожатые?

- Придут, - говорит эта девушка, - провожатых придет много.

- Ну, придут, так у меня нет, чем угощать.

- Не волнуйся, поедем домой так. Ну едем. Смотри сейчас. Мой дед принесет два сундучка: красный и черный. Так ты сам в карету не поднимай. А попроси, чтобы дед сам отнес.

Увидел парень сундучки, черный и красный.

- Подними, говорит, дед, сам, а я не могу.

Парень разговор слышит, везде слышно, болтают много, а видят только одну невесту. Хорошо. Тут подняли сундучок в карету. Свадьба расселась, едут, приехали в деревню. А провожающих пришло много.

Девушка говорит:
- Смотри теперь, надо знаешь о чем позаботиться, о вине!
Возьми-ка, говорит, деньги, да поезжай в магазин, и привези бочку вина. Открой, положи ковшички вокруг, очень много.

Так парень и сделал. Поехал на лошади в магазин, купил бочку вина, перелил в ушат, вокруг ковшички повесил. Эти черти вино пили, пили и опьянели. А их дед говорил: чтобы они до полуночи дома были. Опьянели черти и сутки проспали. Пришли домой через сутки.

Дед говорит:
- Ну, как там?
Как живете, да как, говорит, вас угощали?

- Так, дед, угощали, так нам больше вовек думать об этом не надо. Так угощали и берегли!

А свадьба эта прошла. Девушка дала ключик от красного сундучка.

- Теперь ты этот сундучок открой.

А парень жил бедно. Сундучок парень открыл. Оттуда стали выходить животные, вышли коровы, лошади, телята, овцы. И так они стали жить с молодой женой очень богато.