Тексты

Вернуться к списку | редактировать | удалить | История изменений | ? Помощь

Omahizet i sus’iedat

Корпус: диалектные тексты

Толмачевский диалект

Информант(ы): Родионова Парасковья Павловна, 1884, Курганы, Лихославльский район, Тверская (Калининская) область
место записи: Толмачи, Лихославльский район, Тверская (Калининская) область, г. записи: 1966
записали: Пунжина Александра Васильевна, Федотова Виено Петровна

Источник: Культура повседневности карельской семьи (конец XIX - первая треть ХХ в.), (2014), с. 87-89
ф/архив ИЯЛИ КарНЦ РАН: №674/4

Omahizet i sus’iedat
(собственно карельское наречие)

Meilä ol’i rodu šuwr’i, d’iedo miän, pravod’iedo ol’i Leva-d’iedo, šidä ol’i Juakko-d’iedo žen jäl’geh, šidä ol’i Suava-d’iedo.

Suava-d’iedolla ol’i kolme poigua, vanhiin ol’i T’imo, toin’e ol’i Miikkula, kolmaš ol’i Puavila.


Kaikin oldih naiz’iin, kaikin el’et’t’ih sprawno posl’edn’eje vr’em’a.


A T’imo-d’iädöllä ol’i kakši poigua: Ondr’ei da Iivana, Miikkul-d’iädöllä ol’i n’ellä poigua: Mikolai, Suava, Iiva, Ol’eksandra.


Puavila-d’iädöllä ol’i Iva-poiga, Ol’eksandra-poiga, Mikolai-poiga, Vas’a-poiga i kakši tytärdä: Nataša da Paro.
Vot.

A d’iädöillä tože ka...


Oldih kaikki naiz’issa jo, rovut šuwret.


Ka näin rodu miän ka šuwr’i i viid’i.


I sus’iedat oldih meilä ves’ma hyvät rewnašša.


Kir’il-d’iädö el’i kohašša da Paro-täd’i, akkan’e.


T’iihan-d’iädö el’i rewnašša meilä.


Gruša-buabo el’i, toizella randua Ol’eksandra-d’iädö el’i.


I ol’i tätän čikko Ol’on-täd’i šiin’e.


El’et’t’ih T’eppo-d’iädön, tože ol’i Paro-täd’i akkan’e.


Nu vot značit miän Kurgina, mie olen rodom Kurginalda, značit miän Kurgina ka tämänmuon’e ol’i kylä.


- A t’iän pereheššä kedä ol’i?

Miwn tuatolla Puavilalla ol’i poiga Iva, Ol’eksandra, Mikolai i Vas’a, šid’ tyttäret ka Natto da mie Paro.

- Nu, a hiän mučot, neveskat, kuin?


Min’n’at. Ivalla-vel’l’ellä ol’i, Dun’akši kučuttih naista, Ol’eksandralla Dar’ukši kučuttih, a Vas’alla ol’i Mar’u, vot, a čikko ol’i tyttönä kuol’i, značit hänellä ewlun n’ikedä.

A T’imo-d’iädön vunukat oldih Pet’u da Miša.

Značit naizet hiän oldih: Pet’ulla Pašakši kučuttih, a (смеется) Mišalla Ol’akši.


Mikku-d’iädön pojilla: Mikolai-d’iädöllä ol’i Nataša-nain’e, Ivalla ol’i Ol’o, Ol’eksandran ol’i...
en muissa, kuin ol’i.

Suava-v’el’l’elä ol’i On’is’s’a.


Dvuirodnoilla vel’l’ellä: Ol’eksandra-vel’l’i, ol’i Marfa nain’e, poigua ol’i Jehimä da St’opa.


- A kedä šanottih tädiks’i?


Vel’l’ie? Vel’l’ie miän kučuttih vel’l’i, a kumbaz’issa kyl’issä kučutah veikko.

A t’otua täd’iks’i, pr’imerno ka Paro-täd’i, Ol’on-täd’i, ka näin kučuttih, ka iellä.


A nytten nagol’e t’otakši kučutah.


Miku-d’iädön brihat ruattih nagol’e vemmel’dä luajittih, näidä rengie, puizuz’ie puwhoz’ie... vot.

Miän vel’l’et tože ken midä: yks’i vel’l’i ol’i portnoikši opaštun, Mikolai, vopče po krest’janstvu, regie šivottih, luajittih, da ka ken midäigi, t’el’egöidä iče luajittih.


Iellä vet’t’en kyn’n’et’t’ih adroilla, adra da aštova, puwhizet nämä...
vot.

Näidä nagol’e iče luajittih, nyt vet’ kyn’n’etäh pluwgilla da konešno mašinoilla.


Käwd’ih inogda i na zarabotki.


Iellä kun torgowl’ua ewlun, ken koissa mast’eroval, ken i na zarabotki hod’il, to käwd’ih r’emontalla, to midäigi ka, na železnoi doroge r’emontalla, kirpiččazavodoilla, ken midäigi.


Heinäaigua, keššä ol’i enämbi ruadajua n’in na s’eno, tädä n’iittämäh käwd’ih, najomno šin’n’e ka käwd’ih za d’engi.


- T’eilä ol’i kirpiččazavoda. Kuin kirpiččazavodalla ruattih?

Kirpiččazavodalla ruattih vručnuju, značit varuššetah šavie, da ka žen šaven tallаtah, tallаtah jalloilla, da konešno vettä kuatah, da razved’itah.

Šidä oldih muozet juašikkazet, ka ših vrode ka kun kriškaz’illa l’ičattih, šolahutettihkirpiččan’e, tuašen n’iin ka i viid’i, ka n’iin luajittih.


Šidä pandih ka, sarait oldih luajittu, što ol’iis’ vozduha, vain čiros’ta ei ois’, ka n’iissä i kuivettih.


A šidä konešno kal’ittih, kal’ittih n’e.


Kiwguat luajittih, n’iis’tä že kirpičöis’tä lad’jattih kun kiwguan rukah tukun, da ka šinne alla lämmit’et’t’ih, dai kuivettih.


Voizavodat oldih omat.


Konešno ei jogohizella, kudakellä.

Родственники и соседи
(русский)

У нас был большой род, деда нашего, прадеда звали Львом, затем был дед Яков после него, потом был дед Савелий.

У деда Савелия было три сына, старшего звали Тимофеем, второго Николаем, третьего Павлом.


Все они были женаты, все жили богато в последнее время.


У дяди Тимофея было два сына: Андрей и Иван, у дяди Николая было четыре сына: Николай, Савелий, Иван, Александр.


У дяди Павла были сыновья Иван, Александр, Николай, Василий и две дочери: Наталья и Прасковья.
Вот.

А у дядей тоже вот


Все были женаты уже, семьи большие.


Вот так наш род и стал большим.


И соседи у нас были очень хорошие рядом.


Дядя Кирилл жил напротив и тетя Прасковья, жена его.


Дядя Тихон жил рядом с нами.


Баба Аграфена жила, а с другой стороны дядя Александр.


Жила там сестра отца тетя Алена.


Жил дядя Степан, у него тоже жену Прасковьей звали.


Такой вот и наш Курган, я родом из Кургана, вот наш Курган такой деревней и был.


- А в вашей семье кто был?

У моего отца Павла были сыновья Иван, Александр, Николай и Василий, затем дочери вот Наталья и яПрасковья.

- Ну, а их жен, невесток как?


Невестки. У брата Ивана была, Евдокией жену звали, у Александра Дарьей звали, у Василия Мария была, вот, а сестра девушкой умерла, у нее никого не было.

У дяди Тимофея внуки были: Петр и Михаил.

У них, значит, жены были: у Петра жену Прасковьей звали, а (смеется) у Михаила Ольгой.


У сыновей дяди Николая: у дяди Михаила была жена Наталья, у Ивана Алена, у Александра была
не помню, как звали.

У брата Савелия бала Анисья.

У двоюродных братьев: у Александра была жена Марфа, сыновья были Ефим и Степан.


- А кого называли täd’i?


Братьев? Братьев у нас называли vel’l’i, а в некоторых деревнях называют veikko.

А тетушек täd’i, например, Paro-täd’i, Ol’on-täd’i, так вот называли раньше.


А сейчас постоянно называют t’ota.


Сыновья дяди Михаила работали постоянно, дуги делали, ведра, бочки деревянные вот.

Наши братья тоже, кто что: один брат выучился на портного, а Николай вообще крестьянством занимался, сани изготавливали, делали, да вот кто что, телеги сами делали.


Раньше ведь пахали сохами, сохой и бороной, деревянными...
вот.

Их вот постоянно сами изготавливали, а теперь ведь плугами пашут и, конечно, машинами.


Ходили иногда и на заработки.


Раньше, когда торговли не было, кто дома мастерил, а кто и на заработки ходил, то на ремонт ходили, то еще куда, вот, на железную дорогу на ремонт, на кирпичный завод, кто чем занимался.


Во время сенокоса, у кого было больше работников, так на сено, косить ходили, нанимались работать за деньги.


- У вас был кирпичный завод. Как на кирпичном заводе работали?

На кирпичном заводе вручную работали, значит, готовят глину, эту глину трамбуют, трамбуют ногами, и, конечно, воду наливают, разводят.

Затем были такие ящики, так в них, вроде как, крышками придавливали, отпускаликирпич, и снова так и получался, вот так и делали.


Затем складывали, сараи были сделаны такие, чтобы воздух попадал, только бы солнца не было, вот в них и сушили.


А потом, конечно закаливали, закаливали их.


Делали печи, из этих же кирпичей складывали кучу как печки, и под ними топили, так и закаливали.


Маслобойки были.


Конечно, не у всех, у некоторых были.