Тексты

Вернуться к списку | редактировать | удалить | История изменений | ? Помощь

Valdaline murz'ain

Корпус: подкорпус вепсских сказок

Северновепсский

Информант(ы): Лонин Рюрик Петрович, 1930
место записи: Шелтозеро (Šoutarv), Прионежский р-н, Республика Карелия, г. записи: 1956
записали: Лонин Рюрик Петрович

Источник: Вепсские народные сказки, (1996), с. 52-54
НА КарНЦ, кол. 83, ед. хр. 152

Valdaline murz'ain
(вепсский)

Nai üks’.

Ot't’ adivon mehele, i zavottihe eläda.


Ezmäks (eletihe) kaiken aigan hüväižil, kundeltihe kaikušti toine tošt’.


No däl'ges murz'ain valttįi mikš-se, muga valttįi, mise kaikutte sijaine oliž vaise händast möto.


Kerdan lähttihe mecha haugod karzmaha.


Mužik i sanub:
- Pidab koivid čapta, mikš mise koivišpai lähtob haug hüva i konz päčhe paned, ahdab, räked äjan.


A akk sanub:
- Ii!
Pidab kar’sta habįid, mikš mise habad oma sanktad i jesli čapaškanem ninkomid ka i kogon däredan teramba täutnem.

No, miižo siid raukale mužikale hänenke tehta.

Dumaib: «olkha muga, čapkam habįid».


Mest uudel kerdal sädihe lähtta hiinantegole.

Tuld'he niitule, mužik i sanub:
- Nu, murz'aimine, kaiken sina teged da oled ičiiž möto, ka olkha nece kerd mindai möto: niitaškakam kleverad, lehmaižele oliž lujas hüva hiin.


Murz'ain i sanub:
- Ka täis sina mida ii pidä ka, vel zavodnem üskaižil kogota necin hiinan.


Kacu vai, lenda ičiiž sil'mad ülemba, mitte hiin rindal, osok.
A ninkošt’ niitnem, ka kerdal saton pannem, mitte pidab.

I niitaškat'he he osokhiinad.

Pand'he korged, korged sato.


Mužik rouk, siid däi mest nikeks.


A uudel kerdal sädihe lähtta venehel Änižele kalad püumaha.

Ištįihe veneheze, mužik nenaha, murzein peraha i soudaškat'he airįil kaikhe vägehe.


Tuld'he kesk Änižele i siižutihe.


Mest mužik i sanub murz'aimele:
- Nu, nuguni liinob mindai möto.


A murz'ain sanub vasthaze:
- Ii liine sindai möto, a mindai möto.


Riideltihe, riideltihe siid, ii ehttut vei i kuukįižid pästta vedhe.

Murz'ain nägišt’, ahn’ pän čokaiž vedespai i hiitihe, tahtel’ käzil tabata ahnin, da iče reznihe vedhe bokalaze miš oli.


I zavodi vedespai kidan lastta da käzil boltįhitaze.


- Oi, mužik, armaz sina minun mužik!
Sa mindain vedespai!

Mužik i sanub:
- Ka sula päivi, ved i nece om sindai möto vedes uiteltaze.


Oi, iilä mindai möto, iilä.


A sanu vai, jesli mina sindai lenen vedespai, - küzub mužik, – ka keda möto nece liinob?


Oi, sindai möto.


A edelezpai az'z'ad keda möto zavodiškanem tehta?

Sindai möto.


Nu, jesli mindai möto, ka lübu.


Žаl’ tegihe murz'aint ičeze mužikale i andįi käden.

Lend’ händast vedespai.


A däl'ges necida enamba ii olnu hiil mugošt’ päivad, mise kudamb ii kundeliž tošt’.


Molembad zavottihe kaikušti ugodiškata toine toižele.

Своевольная жена
(русский)

Женился один.

Взял себе девушку в жены, и начали они жить.


Сначала все было хорошо, всегда слушались друг друга.


Но потом жена избаловалась почему-то, стала своевольничать: все должно было быть только по ней.


Однажды пошли они в лес дрова рубить.

Муж и говорит:
Нужно нарубить берез, потому что из березы будут хорошие дрова, и когда в печь положишь, то дадут много жару.


А жена говорит:
Нет!
Надо нарубить осины, потому что осины тонкие, и если мы будем их рубить, то быстро нарубим большую кучу.

Ну что же тут бедному мужику с ней поделать!

Думает, пусть будет так, нарубим осины.


Опять в другой раз они собрались пойти на сенокос.

Пришли на пожню, мужик и говорит:
Ну, женушка, все ты делаешь да требуешь по-своему, так пусть хоть на этот раз будет по-моему: давай косить клевер, коровам будет хорошее сено.


Жена и говорит:
Да полно тебе, неужели мы будем собирать эту траву по одной охапке!


Подними глаза выше, какая рядом трава, осока.
Если такую будем косить, то разом поставим стог, какой надо.

И начали они косить осоку.

Поставили высокий-высокий стог.


Мужик, бедняга, опять остался ни с чем.


А в другой раз они собрались на лодке в Онего рыбу ловить.

Сели в лодкумуж на нос, жена на кормуи начали изо всех сил грести веслами.



Доехали до середины Онежского озера и остановились.


Опять мужик и говорит жене:
Ну, теперь-то уж будет по-моему.


А жена перечит:
Не будет по-твоему, а будет по-моему!


Спорили они, спорили, не успели еще и крючков опустить в воду.

Жена увидела: окунь высунул голову из воды, она бросилась, хотела руками поймать окуня, да сама бултыхнулась в воду в чем была.


И начала в воде кричать да руками барахтаться.

Ой, муж ты мой, дорогой муж! Вытащи меня из воды!

Мужик и говорит:
Так милая моя, ведь и это по-твоемув воде плавать.


Ой, не по-моему, нет!

А скажи-ка, если я подниму тебя из воды, – спрашивает мужик, – то по чьему это будет: по-моему или по-твоему будет?

Ой, по-твоему!

А впредь все будешь делать по-своему или по-моему?

По-твоему!

Ну, если по-моему, то вылезай.

Жаль стало своей жены мужику, и он подал ей руку.

Поднял ее из воды.


А после у них не было такого дня, чтобы они ссорились.


Оба начали всегда и во всем угождать друг другу.