Texts

Return to list | edit | delete | history | ? Help

Kut mina panlon kanan poigile

Corpus: Dialectal texts

Central Eastern Veps

Informant(s): Калинина Александра Леонтьевна, 1909, Пондала (Pondal), Babayevsky District, Vologda Oblast
recording place: Пондала (Pondal), Babayevsky District, Vologda Oblast, year of recording: 1962
recorded: Зайцева Мария Ивановна, Муллонен Мария Ивановна

Source: М. Зайцева, М. Муллонен, Образцы вепсской речи, (1969), p. 147-149
audio archive of ILLH, KarRC RAS: №169/2

Kut mina panlon kanan poigile
(Vepsian)

Hauduškab kana kevadou, valičen munad, päiväižuu kohtas kacun, kus om puga(neco avoljaine sijaine kucuso puga).

Gesli puga om ad’g’as, nu ka sit’päi g’o kukoi, ka sida pangoi-ki em.


A pugaine miše oliiž bokas, sit’päi lähtob kanaine, sen valičen.


Potom panon neno vedho, levedaha ast’k’aha.


Vedos ištuso hän, kut nenaine, muga i pugaine ühten ruuno kuti olang’aine vedho ištuso, sit’päi lähtob kanaine.


A gesli hot’ vähäižuu nenaižen alhaks vedaudab, pugaižen ülähaks lendab, nad’ožni kukoi lähtob.


Vot neno valičem sigau munad seičmen, ühtcan, ükstošt’küme, ülemba em pangoi, miše oliiž naku ii parnijad lugend-se, i panin kanan allo nenod.


Kut lehmad astuškatas ehtkoižuu, nu ka süu aigau pahemba panoudas poigile kanan.


Munad laditut stolau vaumhed da kana g'o ištub sigau, haudub.
Ez’mäine lehm gäviše, möst-ki g'oksom teramba, panom neno munad, miše čomembad poigad lähttaiž.

Nu vot, hän haudub kuume nedalid neco kana, potom g'o sed sutkad tuloba, konz hänlo pästta neno poigäižed.

Hän hilläšt’i üksin’ avoit’olob.


Ez’mäi avaidab ühten munan, murendab munakorudon, ühten ad’g’an murendab, a toižen gätab čelijan, poigäižen pästab, a kor-se sihe gäp-ki.


Neno kaik poig'aižed poliš sutkiš pästab.


Potom g’o hänt tom pert’he.


Karvatomad vet’ ningimäižed, penik’aižed, ni händäšt’, ni midä iile vüu, lihätukuine kuti, henoižed ningimäd hüunhuižed-no.


Pert’he tom.


Mamanau išttas päivad kaks’-kuume, tegesoiš-ki hüväd poig'aižed.


A gättas v’üu buutuškoid’ neno haudg’ad kanad.

Buutuškmuna gäb mugoine, kudambas iile pugad, henoine, henoine slojaine päivin’kau kaco, a pugad nikus iile.


Sen kana gätab buutuškaks.


Gesl’i buutušk gäi, srazu necon buutuškan pašttas da söttas kananpoigäižile püčiižile.


Potom sagedau maiduu veresuu, lämau maidoižuu lüpstut g’otuudas i poigäižed mi maidokahembad se pahemba kazdas.


Kuumes nedališ maidou kazdas hüvin’.


Da i šonud necida anttas da i surm’an raznįjan, liiban söškatas.


Nu i poig'aižed kazdas.
kaks’ kut ka ani kanan surččed lin’das. Naku i kaik.

Uduu voduu muniškatas, süu voduu ii eht’ki mun’da, a mam muniškab süu kezau vüu.

Как курица высиживает цыплят
(Russian)

[Когда] курица начинает весной парить, я выбираю яйца: против солнца смотрю, где пуга (это полый конец [яйца] называется пуга).

Если пуга в конце, то из этого [выйдет] петух, тогда это яйцо не кладут.


[А нужно], чтобы пуга была сбоку, из этого получается курочка, такое яйцо я выбираю.


Потом опускаю в воду, в широкую посудину.


[Если] в воде яйцо садится ровно, как лепешка, на одном уровне оба конца, то из него будет курочка.


А если хоть немного острый конец потянет вниз, а пуга приподнимется вверх, то определенно будет петух.


Так мы отбираем яйца штук семь, девять, одиннадцать, не больше, чтобы было нечетное число и кладем под курицу.


Когда вечером коровы идут из лесу, в это время обычно садят курицу на яйца.



Яйца уже подготовлены на столе, курица сидит, парит.
И как только появляется первая корова, бежим быстрее домой и кладем яйца под куру, чтобы цыплята получились красивее.

Ну вот, она [курица] парит три недели, потом наступает тот день, когда она должна выпустить цыплят.

Она тихонько, по одному открывает [яйца].


Сначала откроет одно яйцо, разбивает скорлупу с одного конца, а другой конец остается целым, выпускает цыпленка, а скорлупа тут и остается.


За полсуток [курица] выпускает всех цыплят.


Затем уже ее [с цыплятами] мы приносим домой.


[Цыплята] еще голенькие, маленькие, нет ни хвостика, ничего еще нет – [только] как комочек мяса, пух-то еще нежненький.


Приносим домой.


[Цыплята] сидят под наседкой дня два-три, цыплята становятся хорошими.


А иногда парухи оставляют еще яйца-болтушки.

Яйцо-болтушкаэто такое, в котором нет полого конца, а на свет смотреть, так видна тоненькая пленочка, а пуги нигде нет.


Такое яйцо курица оставляет невысиженным [болтушкой].


Если такие яйца остались, то их сразу же жарят и скормят маленьким цыплятам.



Затем [кормят] простоквашей, поят свежим теплым молоком и чем цыплята молочнее [то есть чем больше получают молока], тем быстрее растут.


За три недели они на молоке очень хорошо подрастают.


Дают им и пшена, и другие разные крупы, начинают они и хлеб есть.


И цыплята растут.
За два месяца они становятся величиной с взрослых куриц. Вот и все.

В следующем году они начнут нестись сами, в этот год еще не успеют, а наседка будет нестись уже в то же лето.