Тексты

Вернуться к списку | редактировать | удалить | История изменений | ? Помощь

Kuin šuor’iečettih kar’ielazet

Корпус: диалектные тексты

Толмачевский

Информант(ы): Родионова Парасковья Павловна, 1884, Курганы, Лихославльский район, Тверская (Калининская) область
место записи: Толмачи, Лихославльский район, Тверская (Калининская) область, г. записи: 1966
записали: Пунжина Александра Васильевна, Федотова Виено Петровна

Источник: Культура повседневности карельской семьи (конец XIX - первая треть ХХ в.), (2014), с. 144-147
ф/архив ИЯЛИ КарНЦ РАН: №674/3

Kuin šuor’iečettih kar’ielazet
(карельский: собственно карельское наречие)

Heinäaigah šuor’iečima heinällä naizet räččinäz’iin, valgiet šovat piällä i ka n’iin kotat jallašša, nu vot, mužikat tože valgiet poštan’n’ikat jallašša da tože kotat jallašša.

A pruazn’iekkoin, kellä midä ol’i, kellä ol’i hyviä n’in i hyviä, paremmin, ken pahemmin.


Meilä konešno ol’i ew kun nygyzet vuattiet, ol’i šillozet, i movat, koissakuvotuot oldih kras’s’ikot vuatteizet kruas’ituot, vuatteizet kuad’iet.


To oldih täpnäz’inke, to šielä kakimin’ibut’ kukkaz’inke.
Vot.

Vuatetta kudoma iče, kudoma kahella šukšella, kahella n’iijellä, kudoma i n’ellällä, daže i kahekšalla kudoma.

Nu näidä kras’s’ikkoloida, kahella šukšella kudoma, a nämä skuat’er’iloiks’i varoin god’iečettih kahekšalla šukšella, nu vopče kaikki nagol’e oldih postar’inke, ewldu oššetuot, nagol’e bol’šinstvo kod’iruaduo oldih.


I käz’ipaikat i kaikki, rihmua iče kezräimmä, omalla rihmalla ombel’ima, nu vopče kaikki ol’i kylälän’e ruado meilä.


- Ka kuin pruazn’iekalla naizet, mužikat?


Pruazn’iekalla tože kellä mityttä, ših i šuor’iečettih.

Ol’i kod’ikuvottuloissa vuatteissa, ol’i oššettuo, kellä kuin, nu vopčem ewlun tädä hot’ vanhah modah kaikki ommeldu, luajittu.


Naroda konešno, šilloin ol’i prostoimmat, ei kun nytten, nyt vet on kaikki uwvet movat da kaikki uwvet i d’ielat.


L’eviet hiemuat, näissä oldih brižat šanuočettih, näissä oldih tože kaglašta ymbär’i oborkat, tože brižat luajittu šovissa.


I višeidy oldih n’ekotorie, kto kak umel (смеется), togda n’iin i ol’i.


- A sarafanat mittyöt oldih?


A sarafanat proimilla oldih, sverez’it ves’ma l’eviet, proiminkena, nän’n’ilöin piällä ka täššä proimazet ei l’eviet, kaidazet.

I pruazn’iekkana ših že modah oldih sverez’it ommelluot, tože, kuin šanoin näin, a tol’ko što oldih kuldavyöllä vyöt’t’iäčennyöt ka näin piäl’ičči.


Kuldavyöt nämä oldih, šanuočettih, a oldih nu ka ših šuat, nu tämä töppähinke.


Nu skažem osobennoidamänt’iijä.


Jalloissa...

Iellä kuin gul’avolla läht’iet’t’ih pruazn’iekkana, n’in talvella tytöt pandih polsapoškat, a brihat šuappaissa bol’še i bes’owdoih.


Gul’aidih talvella tytöt hel’l’ehyz’iin, n’e v od’ože, a näin, ei vuatteissa, a ka kuin ol’i sverez’inke näin šuor’iečennut, n’iin i kävel’d’ih, vot.


- Šuappuat mimmuozet oldih?

Šuappuat ol’i ... n’ekotorim ol’i lakovoit, ka šiär’i bor’ista šuaten ynnäh lakirovannii, a tänne oldih borat vos’migrannoit kuin ollow kun šoitun borat alahana.

A tyttölöillä oldih polspoškat rez’inkoinke, šidä nyt vielä sapoškat l’iet’t’ih.


En’n’ein näidä vielä oldih prol’iehaz’inke sapoškat ka täššä šnurkazet, kuin nyt pohože on ših, vain oldih, prostoista nahkašta.


A nahkua luajittih koissa, ommeldih kyläläzet sapožn’ikat da ...
jallaččie.

Žemmuos’t’a i piet’t’ih pruazn’iekkoina.


Ainošpäivinä bahilua luajittih da kottua žiivattoida kaččuos’s’a da ruavolla kävel’l’eššä, i kottua.


A n’ekotorie i čunaz’issa kävel’dih talviloilla.


Työštä punottih nuoras’t’a da pl’et’it’t’ih, n’e nazival’is’ čunazet.


- A lapšet kuin oldih šuor’itettu?

A lapšet šuor’itettu oldih viideh vuodeh šuat yks’i šoban’e vain, ewlun stan’iz’ie, kuin vain hyppel’emäh läks’i, šilloin jo luajittih vuatteizet kuad’iezet, n’iin i ka enžimän’e hänelläh vuate.

Kežillä lapšet postojanno kengättä kävel’d’ih.


Talvella oldih šuor’ivot: viluloilla turkiloida piet’t’ih, a lämbymemmillä oldih luajittu kaftanat koissakuvottu kodivillašta lambahan i stan’iloida n’iin že.

Villat n’e näpyt’et’t’ih näpillä, ka, šel’l’it’et’t’ih hiät, šit kezrät’t’ih, ka n’iin kuožel’ipiäkši kiär’it’t’ih...

Одежда, обувь
(русский)

Во время сенокоса мы, женщины, одевали сорочки, белые рубашки сверху и вот так коты на ноги, ну вот, мужчины тоже белые подштанники на ноги и тоже коты обували.

На праздники одевали у кого что было, у кого была хорошая одежда, так хорошую, лучше одевались, а кто и хуже.


У нас, конечно, одежда была не такая как сейчас, того времени была, и мода, были домотканые крашенники льняные крашенные, льняные портки.


То были пятнистые, или там с какими-нибудь цветочками.
Вот.

Одежду ткали сами, ткали на двух подножках , на двух нитченках , ткали и на четырех, даже и на восьми ткали.


Но эти крашенники на двух подножках ткали, они и для скатертей годились, сотканные на двух подножках, и вообще все было по старинке, не было покупного, постоянно большинство дома делали.


И полотенца, и все, нитки сами пряли, своими нитками шили, и вообще у нас вся была деревенская работа.


- А как на праздники женщины, мужчины?


На праздники тоже у кого что было, в то и наряжались.

Была домотканая одежда и покупная, у кого как, ну, в общем, не было такого хоть, что все по старой моде сшито, сделано.


Народ тогда, конечно, был проще, не как сейчас, теперь ведь всегда новая мода да и дела новые.


Широкие рукава, на них были оборки, так назывались, и вокруг шеи тоже были оборки, оборки также на рубашках делали.


И с вышивкой некоторые были, кто как умел (смеется), тогда так и было.


- А сарафаны какие были?

А сарафаны с проймами были, ферези очень широкие, с проймами, над грудью вот здесь проймы неширокие, узкие.

И на праздник такие же ферези шили, так же как я рассказала, а только что они поясами, шитыми золотом, были подпоясаны вот так, через.


Эти пояса назывались kuldavyö [букв золотой пояс], а до этого были пояса, украшенные бахромчатыми кистями.


Скажем так особенные, поди, знай.


А на ногах


Раньше, когда во время праздника отправлялись на гулянье, так зимой девушки обували полусапожки, а парни больше в сапогах на беседы ходили.


Зимой девушки гуляли без верхней одежды, не в одежде [верхней], как были в ферези одеты, так и гуляли, вот.


- Сапоги какие были?

Сапоги были некоторые лаковые были, вот голенища до бор были полностью лакированные, а внизу были боры восьмигранные как-то, такие как меха гармони.

А у девушек были полусапожки с резинками, а потом еще сапожки появились.


До этого еще были сапоги с прорехами, со шнурками тут вот, похожие на те вот, только были из простой кожи.


А кожу выделывали дома, шили деревенские сапожники, да
обувь.

Такую и носили в праздники.


В будни обували бахилы и коты, за скотиной ухаживать да на работу ходить, и коты.


А некоторые и в чунях ходили зимой.


Из кудели вили веревочки и плели обувь, она и называлась чуни.


- А как дети были одеты?

А дети до пяти лет были одеты только в рубашку, штанов не было, как только начинал бегать, тогда ему уже шили льняные портки, вот такая у него первая одежда.

Летом дети постоянно босые ходили.


Зимой была одежда: в холода шубы носили, а когда потеплее было, так шили домотканые кафтаны из овечьей шерсти и штаны так же.

Шерсть раздергивали пальцами, вот, разбирали ее, а затем пряли, вот так в кудель заворачивали