ВепКар :: Тексты

Тексты

Вернуться к списку | редактировать | удалить | Создать новый | История изменений | Статистика | ? Помощь

Oli leskiakku

Oli leskiakku

карельский: ливвиковское наречие
Видлицкий
Oli leskiakku. Hänel oli poigu Iivan. Iivanal naija pidäs, ga ei voi ni paista. Maamalleh kyzyy:
Maamo, lähten naimah, ga neuvo paista.

Maamah neuvoo:
Ole viežlevänny, ken tuloo vastah, iele miehen šaapku vai heitä!


Lähtöö Iivan astumah. Mužikku on hevon azettanut pienarrandah, iče komšan kel on kylvämäs toizes agd’as, Iivan otti viuhkutti, viuhkutti šaapkal, hеbо pöllästyi, pageni dai adran murendi. Mužikku tuli dai Iivanan tukisteli dai löi.

Iivan kodih i käändyi i maamal sanoo:
Lyödih minuu, käskit viežlevänny olla: mužikku kyndi, gu šaapkaa viuhkutin da hebo pageni da adran murendi.
Mužikku tuli dai minun kaiken löi!
Maamah sanoo:
Oh, Iivan, oh Iivan, eihäi muga ni pideli sanua, pideli sanua: "Min panet, semmostu kaksi verdaa kazvakkah"!


Tossu pään taase Iivan lähtöö naimah. Vastavus tuloo hänelleh, mennäh maah pokoiniekkaa panemah. Häi davai kirgumah:
Min panetto, semmostu kaksimostu maan pääle noskah!


Mužikat händy taase lyvväh. Häi taase maamolloo:
Maamo, myös lyödih!

Mindäh?
A kirruin, pokoiniekkaa maah pandih: min panetto, semmostu kaksi mostu maan pääle noskah!
Maamah sanoo:
Oh, Iivan-poigu, sinul pideli šaapku pääz heittää da kirgua: – Sväti̮i boože, sväti̮i krepkii!


Kolmandessu pään lähti opät’ naimah i svaad’bu ajaa venčal. Häi kirguu svaad’bal:
Sväti̮i boože, sväti̮i krepkii!

Händy opät’ i lyvväh. Tuli kodih, opät’ i sanoo:
Taase lyödih!

Mindäh?
А svaad’bu ajoi, i minä kirruin: sväti boože, ssäti̮i krepkii.
Oh, poigu, poigu! Sinulles pideli pläššiä da hyvää huikata.

Taase lähti Iivan naimah. Astuuga tulipalo: riihi on syttynyt. Häi davai pläššimäh da pajattamah. Dai händy i lyödih. Häi tuli kodih:
Maamo, taase lyödih!

Oh, poigu, poigu, pideli sinulles rengi ottaa da vetty kaadaa tuleh!
Vuota, maamo, huomei.

Lähti Iivan, ga mužikku poččii korvendaa. Häi rengin ottaa, toi vetty dai tulen sammutti. Mužikku i löi. Tuli kodih.
Oh, Iivan, Iivan, pideli sanua: täs roih äijänpäivän vero!
Vuota, maamo, huomei!

Astuu Van’a, ga mužikku vetty da leibää syöbi. Häi i sanoo:
Vot on täs hyvä äijänpäivän vero!

Mužikku suutuksissah otti dai löi Iivanan. Tuli kodih. Maamah sanoo:
Oh, Iivan, Iivan, pannuzin šaapkan silmien pääle da astunuzin ielleh!


Lähtöö Van’a, ga tuloo pappi vastah. Häi i šaapkan silmil panoo. Pappi häneh tartui. D’oi toravuttih. Vanja sanoo:
Ainos minuu lyvväh, ga nygöi opittelen i minä!


Ottaa lyöbi, lyöbi dai papin tappaa. Tuli kodih d’o hyväs mieles i leyhkää:
Min liene lyödy minuu, gai nygöi tazain!

Maamah kyzyy:
Kunnebo panit?


Maamah yön aigah papin haudah panoo, bokin tappaa dai panoo sinne. Miero tiijustettih, što Iivan tapoi papin. Tullah herrat händy kiini ottamah. Kyzytäh:
Tapoidgo?

Tapoin!
Kuzbo on?
Kuopas.

Maamah neuvoo:
Menedhäi kuoppah i kyzy: ongo teijän papil n’elli d’algaa, ongo sarvet i ongo pappi kai karvaine?


Iivanan päälle suututah. Häi gu kuopas nostaa, ga bokki papin sijal.

Mugai Iivan pääzi tyrmäs istumata. Ga yksikai naimata däi.

[Набитый дурак]

русский
Была вдова. У нее был сын Иван. Ивану надо бы жениться, а он и обращенья не знает. Спрашивает у матери:
Мама, пойду свататься, научи, как говорить.

Мать учит:
Будь вежливым, кого встретишь, сам первый шапку снимай!


Отправился Иван. Мужик лошадь остановил у межи, сам с лукошка сеет в другом конце поля. Иван стал шапкой размахивать, лошадь испугалась, убежала и соху разломала. Мужик пришел, давай Ивана за волосы таскать и бить.

Иван домой вернулся и говорит матери:
Побили меня. Велела вежливым быть: мужик пахал, я как шапкой помахал, лошадь убежала, соху сломала.
Мужик пришел и всего меня избил!
Мать говорит:
Ох, Иван, Иван, не так ведь надо было говорить, надо было сказать: "Что посеешь, пусть вдвое больше того вырастет"!


На следующий день опять Иван идёт свататься. Попадаются ему встречные, везут покойника хоронить. Он давай кричать:
Что закопаете, пусть вдвое больше на землю поднимется!


Мужики опять побили его. Он опять к матери:
Мама, опять побили!

За что?
А крикнулпокойника хоронили: сколько в землю закопаете, пусть вдвое больше на землю поднимется!
Мать говорит:
Ох, сынок Иван, тебе надо было шапку с головы снять и крикнуть: "Святый боже, святый крепкий"!


На третий день опять идет жену искать, и свадьба едет к венцу. Он как закричит свадьбе:
Святый боже, святый крепкий!

Его опять и бьют. Пришел домой, опять и говорит:
Опять побили!

За что?
А свадьба ехала, и я кричал: "Святый боже, святый крепкий!".
Ох, сынок, сынок! Тебе надо было плясать и славу кричать.

Опять пошел Иван жениться. Идетвидит пожар: рига загорелась. Он давай плясать да петь. И его опять избили. Он приходит домой:
Мама, опять избили!

Ох, сынок, сынок, надо было тебе взять ведро и воду лить на огонь!
Хорошо, мама, завтра!

Пошел Иван. Мужик свинью палит. Иван берет ведро, приносит водыи в огонь. Огонь погас. Мужик его и побил. Приходит домой.
Ох, Иван, Иван, надо было сказать: вот будет еда на пасху!
Хорошо, мама, завтра!

Шагает Ваня, а мужик ест хлеб с водой. Он и говорит:
Вот где хорошая трапеза на пасху!

Мужик со злости взял да и поколотил Ивана. Приходит домой. Мать говорит:
Ох, Иван, Иван, натянул бы шапку на глаза да прошел бы мимо!


Идет Ваня, встречает попа. Он шапку и натянул на глаза. Поп к нему пристал. Уже и подрались. Ваня говорит:
Все меня бьют, а теперь и я попробую!


Бил, бил попа и убил. Приходит домой довольный и бахвалится:
Били меня, а теперь я за все рассчитался!

Мать спрашивает:
А куда ты спрятал?


Мать за ночь попа похоронила, зарезала барана, и положила на место. Миряне узнали, что попа Иван убил. Приходят господа его арестовать. Спрашивают:
Убил?

Убил!
А где он?
В яме.

Мать учит:
Как спустишься в яму, спроси: четыре ли ноги у вашего попа, есть ли рога и волосатый ли поп?


На Ивана разозлились. Он как поднимет из ямы, так баран вместо попа!

Так Иван и освободился от тюрьмы. А все равно неженатым остался.